Книга Отравленный исток, страница 150 – Елена Счастная

— Я не ведаю тайн, которыми Воин был запечатан в Забвении. Но коль случится такое снова, то печать нового проклятия, произнёсенного над его костями, смогла бы его сдержать. Только вот не знаю, какой волхв возьмёт на себя тяжесть этой ноши и обречёт на страдания себя или своих потомков по истечении лет.

Всё показалось неважным. Пусть и нашёлся бы такой волхв, но кто сможет закрыть в Забвении того, кто могущественнее всех? Кто подчиняет себе людей и, похоже, даже силы природы.

Долгая дорога не привела ни к чему. И нужно бы встретиться с Младой и Роглом, чтобы понять, как они могут ему помочь — ведь Ружена об этом говорила. Может, ключ от этой загадки кроется в них, а Кирилл сам вынудил воительницу сбежать, сам всё усложнил.

В сенях послышались шаги и девичьи голоса. Заряна со старостовой внучкой вернулись из баньки. Они впорхнули в клеть, разрумяненные и пышущие ещё не остывшим жаром. Но лишь Заряна взглянула на Кирилла, как всё веселье схлынуло с её лица.

— Вы оставайтесь на ночь у нас, — улыбнулась внучка старосты, заметив возникшую между всеми неловкость. — У нас место для князя и его невесты найдётся.

Изток согласно качнул головой, пытливо глянув на Кирилла.

— Оставайся, княже. До лагеря пойди доберусь по темени такой.

— Уж извини, Изток, — Кирилл встал, чтобы откланяться. — Но мы до становища нашего доедем. Стесняться тебя не станем.

Правду сказать, оставаться не хотелось. Хоть и хлеба за столом в этой избе гости и хозяева так и не разделили, а внучка Изтока всё ж вынесла к столу кувшин, от которого тянуло сладким духом.

— Да хоть взвара с мятой выпейте на дорожку, — настоял староста. — Спаться будет лучше. И усталость снимет.

Нехорошо совсем уж хозяйскими гостеприимством пренебрегать, а потому Кирилл согласился. Горячий взвар оказался приятным и чуть кисловатым. Разбежалось от него по телу тепло — так и правду, может, уснуть будет легче.

Поблагодарив Изтока и его внучку, вместе с Заряной и Лешко он направился к лагерю. Уж поздний час, засиделись. Шатры, которые гридни за неимением в Одной гостиных изб, расставили неподалёку от деревни, озарялись отсветами разведённых вокруг костров. Не слишком обильно повечеряв, все улеглись спать.

Поначалу не спалось. Кирилл всё прислушивался к шорохам, которыми говорила берёзовая роща вокруг. Едва слышными, но даже ночью наполняющими её жизнью. И в голове было будто бы пусто, а не спалось. В палатке поблизости знатно храпел кто-то из гридней. И противно ворочался в нутре ароматный взвар. Но скоро веки начали слипаться, и в один миг сон обрушился, поглотив все тревоги.

И проносились перед взором безмятежные виды залитых весенним солнцем лугов и полей. Буйно зеленела трава на лесных прогалинах, а смолистые почки на деревьях раскрывались, выпуская на свет молодую блестящую листву.

Мутный лёд совсем сошёл с Нейры, и её воды засверкали, вольготно разлились по берегам, подступая едва не к самому порогу изб, что стояли слишком близко к руслу.

И всё дышало теплом и жизнью, что будто бы встряхнулась, сбрасывая зимнюю дремоту и расплескалась по всем землям.

Кирилл видел бескрайний простор, и душа его наполнялась радостью. И позабылось беспокойство — здесь никто никому не угрожал.

Но в свежее и спокойное дыхание вдруг едва уловимо вплелась ниточка дыма. Запах усиливался, над зелёной полосой леса поднялись сизые клубы, затрещал далёкий пожар и понёсся гонимый ветром огонь дальше, пока не остановился на утёсе, ограниченный со всех сторон обрывом.