Книга Дочь реки, страница 151 – Елена Счастная

Может, потому она и пропустила тот миг, как Рарог снова бросился к Бальду. Осыпал чередой быстрых резких ударов. Не всеми попал, но рассеял его внимание. И когда противник уже перестал понимать, с какой стороны надо прикрыться, находник выбросил руку вперед, поддел его точно под бороду. Бальд резко качнулся назад — и рухнул на землю плашмя.

Стало тихо. Только шумное дыхание Рарога, замершего над поверженным соперником, разносилось вокруг. Он выждал немного, а после присел рядом с Бальдом на колено, потрепал его за плечо и встал снова, когда тот пошевелился — значит, жив. Больше ничего не стал находник говорить, ни к брату не подошел, ни к отцу. Остановился напротив девицы, что так и держала его рубаху с поясом в руках. Она подняла на Рарога огромные глазищи и протянула одежу. Но в последний миг вдруг расправила и помогла надеть, ненароком скользнув ладонями по его бокам. Шепнула что-то, а находник только усмехнулся беззвучно и мимо прошел, сжимая в кулаке со сбитыми костяшками широкий пояс. Гроза на девицу смелую покосилась, поймала взгляд: стало быть, та почуяла стороннее внимание. Но тут она резко голову запрокинула: стоящая за ее спиной женщина — видно, мать — хорошенько дернула девчонку за косу. Да и самой, признаться, хотелось это сделать: неприятный червячок ревности — пусть и глупой — вдруг заелозил в груди лишь от того, как проникновенно и восхищенно та коснулась Рарога.

Весечане сгрудились вокруг медленно встающего с земли Бальда. Гроза вытянула шею, выглядывая спешно ушедшего находника, чей облик стоял теперь перед взором так ясно, что не отринуть никак. Неужто и правда буйство Ярилы Сильного, что туманило нынче головы парням, а там и девицам, что на них во все глаза смотрели, заставляло все то время, что шла схватка, жадно глотать Рарога взглядом? Да и дня не было, чтобы Гроза не вспоминала его — сейчас только поняла. Мелькнула далеко впереди зеленая рубаха Рарога — может, почудилось? Гроза протиснулась через гурьбу молодых весечан, которые с пылом обсуждали прошедший бой. Кто-то попытался ее остановить. Жадные, чуть нагловатые руки сомкнулись было на талии, но она решительно вырвалась.

— Пройдусь одна, — только и бросила в ответ, когда кто-то спросил, куда она собралась.

И никто останавливать ее не стал: всех сейчас больше занимал изрядно побитый Бальд да толки о так внезапно появившемся Рароге, который и впрямь будто соколом с неба упал.

Когда осталась толпа позади, Гроза пошла быстрее. Пробежав через улицу, проскочила между избой старейшины Жадена и бревенчатым срубом одной из общинных житниц. Она на ходу стянула с головы платок и встряхнула косу — тут же облепило лицо влажным ветром, запахом прошедшего только что, короткого дождя, который словно напомнил, что после Ярилиного времени приходит время Даждьбога и Перуна. Один землю греть будет, а другой щедро угощать небесной влагой, чтобы буйными были всходы, полнее наливались. Чтобы зима была если не сытой, то хоть не голодной: того опасались в каждой веси, в каждом городе, как бы близко ни проходили от них торговые пути. А уж в глухом Кременье о том говорили чаще, чем в других селениях. Как будто все они тут неприкаянные малость. Ни тому, ни другому княжеству не принадлежат. И платили дань то Долесским князьям, то Волоцким — смотря кто владения эти себе отхватывал в редких стычках за за земли, что теперь стали уж только россказнями.