Книга Первая ночь для дракона, страница 102 – Елена Счастная

К сожалению, из моего окна, даже если бы оно выходило на парадный въезд, я всё равно не смогла бы увидеть карету герцога. Но взглянуть на него было очень любопытно. Говорили, он знатный красавец, что, впрочем, портил его тяжёлый нрав. Да, кажется, у всех драконов характеры так себе.

Но помимо Филиберта фон Таля в Кифенвальд уже съехалось немало других высоких гостей. Эфри были словно на иголках, потому что их, как ни странно, не приглашали на встречи с родственниками: поговаривали, что Вигхарт прежде сам решил встретиться с каждым из глав родов.

Эбреверта ходила мрачная, Маргит — напуганная, словно заяц, учуявший волка неподалёку. Только, кажется, одна Николь сохраняла прежнюю безмятежность и успокаивала расстроенных товарок — всю прогулку, что мы провели сегодня вместе в залитом ярким солнечным светом саду.

— Мой отец бывает резок, — сетовала графиня. — Как бы он не сказал чего лишнего его светлости…

— Лишнего о вашем нраве, может? — поддела её Маргит. — Или вашем прошлом? Хотя, судя по тому, что уже рассказал о вас герцог, ничего нового там не откроется.

Я тихонько усмехнулась, не отрывая взгляда от книги, что держала на коленях. Это был совсем не любовный роман, а учёт расходов и счетов герцога фон Абгрунда. Один из нескольких томов — тех, которые сохранились при смене хозяев. Меня, конечно, интересовали только несколько лет — они, к счастью, уцелели. И чем дольше я изучала приходы-расходы, перебирала потускневшие листки с печатью банка Сильберстата, тем больше вопросов у меня возникало.

Всё было понятно — в целом. Однако в руки мне попали несколько расписок, где говорилось о принятии братом герцога — тем самым паладином Кригера, который отошёл от всего мирского, — некоторой регулярной части денег. Отмечалась она как пожертвование в обитель Воинов Кригера, но сумма казалась слишком уж солидной для обычной благотворительности.

Либо герцог так любил своего брата, что рьяно заботился о том, чтобы он ни в чём не нуждался, либо за этим скрывалось что-то ещё.

Надо бы сходить к его драконейшеству — спросить совета. Возможно, если это не окажется полезным мне, заинтересует его, коль скоро он заподозрил старого герцога в связи с сумеречниками. Но видеть его после всего, что случилось накануне, не слишком-то хотелось, потому я ещё тянула время.

Он и правда словно вскрыл меня, как тот же ларец, — не спрашивая, пытаясь отыскать внутри то, что покажется ему занятным. И, кажется, забыл закрыть, потому что нынче я спала плохо. Наверное, раздражение от скверно прошедшей ночи тоже не позволяло отринуть всё это и пойти к его драконейшеству для вполне делового разговора.

— Как прошёл ваш ужин, эфри Вурцер? — Теперь Эбреверте — видимо, в отместку за колкость Маргит — захотелось ткнуть меня посильнее.

Я попыталась сделать вид, что не услышала вопроса. Но настырная графиня наклонилась и повторила его прямо мне в ухо. Я мысленно замахнулась увесистой книгой расходов и даже треснула ею эфри по макушке. Но наяву только степенно повернула к ней голову.

— Вполне сносно.

Я вновь отвела взгляд.

— И всё? — недоуменно уточнила Маргит. — Вам больше нечего сказать?

— Нечего и не хочу — разные вещи.

Пусть теперь гадают. Я встала и оправила слегка помявшуюся юбку. Кажется, эфри забыли, что каждую из них я вправе подозревать в покушении на собственную жизнь. А уж откровенничать с ними — надо совсем лишиться ума. Но эта мысль, похоже, всё же начала понемногу доходить до девиц, потому что они одна за другой помрачнели.