Книга Мисс Совершенство, страница 125 – Лоретта Чейз

Она знала, что отец не придет на собрание, и на этот случай заготовила письмо, которое отдала капитану Хьюзу. Мистер Олдридж собирался встать пораньше и прогуляться пешком, как всегда. Не могла же она силой заставить его поехать вместе с ней и миссис Энтуисл в экипаже!

— Мне следовало подать ему какой-нибудь знак, чтобы не читал письма, – продолжила она. – В твоем плане учитывались все пожелания, он был хорошо продуман. Я поступила глупо, отвергнув его. Жизнь не стоит на месте. Мир меняется, и вместе с ним должны меняться и мы. Вместо того чтобы радоваться и благодарить за все, что ты ради меня сделал, я всячески чинила тебе препятствия.

— План был хороший, – заметил Алистер.

— Очень хороший.

— Но требовал доработки.

— Не все в этом мире безупречно. Я считала, что лорд Гордмор должен закрыть свои шахты, уехать и не беспокоить нас своими транспортными проблемами. Я слышать не хотела, что какие-то предприимчивые люди намерены сколотить состояние на Лонгледж-Хилле. Я была против увеличения объема торговли. Меня вполне устраивала спокойная деревенская жизнь в идиллическом мире, в котором я выросла.

— Я найду способ сохранить его для тебя, – пообещал Алистер.

И столько нежности было в его голосе, что у нее стало легко на сердце.

— Ты не должен терять время на такие пустяки и рисковать всем, ради чего так упорно трудился. Я пришла, чтобы сказать тебе об этом.

Да, изменения в родных местах разбили бы ей сердце, но она понимала, что время не остановишь, как ни старайся. Мать не вернешь, если даже воссоздать мир, в котором она жила, и осуществить ее мечты, а возлюбленный здесь, рядом. Как бы то ни было, лучше жить с ним, чем одной в своем прекрасном мире.

Алистер раскрыл объятия, и она бросилась к нему, нисколько не сомневаясь, что приняла правильное решение.

— Ты должна вернуться в свою комнату, – сказал он, не выпуская ее из объятий.

Она запрокинула голову и подставила ему губы для поцелуя, но он прошептал:

— Не надо.

— Пожалуй, ты прав, – изобразила она покорность.

В этот поздний час они были одни, бушевавшая за окном буря, казалось, отгородила их от всего мира.

— Отныне обещаю вести себя пристойно.

— Да, конечно. – Она слегка отстранилась от него. – Но я тоже хороша – даже не попыталась остановить тебя. А сегодня и вовсе явилась в неглиже. Ведь на мне нет даже нижнего белья. О чем только думала тетушка Клотильда, посылая столь легкомысленное одеяние респектабельной старой деве. – Мирабель, глядя ему в глаза, принялась медленно развязывать тесемки пеньюара. – Думаю, этот наряд французского производства. Ни один приличный английский портной не станет шить подобные вещи.

— Мирабель, перестань: ведь я не железный, – возмутился Алистер.

— Да, ты из плоти и крови. И очень мускулистый. А волосы у тебя на груди золотистые. У меня вот на этом месте волосы не растут, зато оно более округлое.

— Твое тело – само совершенство, – выдохнул Алистер, – но я не должен видеть его, пока мы не поженимся. Так что не надо развязывать следующую тесемку: это же самая настоящая пытка, а я должен устоять от соблазна.

— Но, помнится, ты уже дважды не устоял, – лукаво улыбнулась Мирабель, все-таки потянув за вторую тесемку.

— Это был безответственный и эгоистичный поступок. И все же ты, слава богу, осталась девственницей. Зачем я об этом говорю? Ты должна уйти. Спокойной ночи.