Книга Птенчик, страница 59 – Кэтрин Чиджи

Я онемела, лишь головой покачала. Значит, это я взяла? Почти все утро я туго соображала… Может быть, зачем-то я их положила к себе в сумку. Но зачем, никак не могла вспомнить.

Миссис Прайс что-то говорила. Я заставила себя вслушаться.

— …объяснись, — призывала она. — Сейчас у тебя есть возможность оправдаться.

Она смотрела на меня в ожидании, но у меня отнялся язык. Я ведь здесь уже была? Стояла на этом самом месте, выслушивала обвинения? Приступ, сказала я себе, — приступ все мысли мне спутал.

— Я видела на перемене, как она по коридору слонялась, — сказала Паула.

— И в изоляторе она сто лет пропадала, — поддакнула Селена.

Тут заговорила Эми:

— Я, наверное, с утра уронила к ней в сумку перчатки. Сумки наши рядом висят, ну а я спешила — в этом и дело.

— Точно, Эми? — спросила миссис Прайс.

Эми кивнула.

— Джастина?

Кивнула и я.

Миссис Прайс испытующе посмотрела на нас обеих. И сказала:

— Ладно, люди, спектакль окончен. Идите отдыхать.

— Так и было на самом деле? — спросила я шепотом у Эми, когда все разошлись.

— Не знаю, — ответила она. — А ты что скажешь?

Добравшись до дома, я сразу же легла в постель и провалилась в сон. Часа через два меня разбудили голоса в гостиной — отец и миссис Прайс. Накинув халат, я тихонько вышла в коридор.

— И вот что еще, — говорила миссис Прайс. — Дело деликатное… В классе у нас завелся вор.

— Вор? — переспросил отец. — Джастина ничего не говорила.

— Ну… — чуть замялась миссис Прайс. — Ну… Сегодня я думала, что нашла у нее в сумке краденую вещь.

— Что?!

— Спокойно, спокойно — я ошиблась. Но все-таки вам не помешает знать, что обстановка сейчас в классе слегка… напряженная. Это тоже могло привести к приступу.

— Спасибо, — отозвался отец. — Спасибо, что навестили нас. Не всякий учитель так поступит.

— Джастина особенная, — ответила миссис Прайс. — Я в ней души не чаю. И с вами, конечно, тоже приятно увидеться.

— Взаимно, — сказал отец.

Когда я зашла, он вздрогнул от неожиданности.

— А-а, вот и моя девочка. Ну что, оклемалась?

— Вроде бы, — ответила я. Потолок казался прозрачным, в ушах отдавалось эхо.

— И посмотри, кто к нам пришел. Анджела о тебе беспокоилась — спасибо ей за доброту, да?

Миссис Прайс очаровательно улыбнулась, поманила меня на сине-белый диван с девушкой на качелях. Обняла за плечи и спросила:

— Что с тобой делать будем, дорогуша? А?

И, признаюсь, я попалась на крючок. Я особенная, во мне души не чают!

— Знаешь, — сказала миссис Прайс, — я только что восхищалась, как у вас в доме все блестит. Папа твой говорит, что это твоими стараниями. Вот мы и решили спросить: не нужна ли тебе небольшая подработка — убирать у меня дома?

— Подработка?

— Да. — Миссис Прайс рассмеялась. — Буду тебе платить. Думаю, карманные деньги тебе пригодятся, ну а мне пригодилась бы помощь.

— Да, хорошо, — согласилась я.

И она протянула мне ключ — ключ от дома.

Доктор Котари измерил мне давление, пульс и попросил встать на весы.

— В школе все в порядке? — спросил он.

Я кивнула.

— У Селены только и разговоров, что про вашу учительницу. Миссис Прайс то, миссис Прайс се.

— У Джастины то же самое, — вставил отец. Губы его дрогнули в улыбке.

Доктор Котари передвинул гирьки на весах. На углу стола стояла семейная фотография: Селена и ее хорошенькая сестричка в одинаковых блузках.