Книга Скверное место. Время московское, страница 91 – Вадим Тихомиров

Так думал Фридман.

Он не был трусом, хотя, стреляя в тире, всегда закрывал глаза. Закрыл и на этот раз. На самого себя. Так было проще. Он считал себя человеком, с которым – он в это верил – должны были считаться где-то там, на самом на верху. Ведь это он, а не они задолго до того, как был придуман закон об оперативно-разыскной деятельности, где черным по белому были расписаны принципы оперативного внедрения, не дорожа собственной шкурой, на свой страх и риск проводил эти самые оперативные внедрения. Закона не было, ментам запрещалось это делать, а он, доверяя только собственной интуиции, придумывал эти самые способы и методы внедрения. Он стоял у их истоков!

Не они, штабные крысы, а он, практически боевой офицер, переодевался в малиновый пиджак, вешал на шею золотую цепочку с полкило весом, цеплял на пальцы «гайки» с брюликами, ТТ за пазуху и на конфискованном «мерседесе» с липовыми номерами ехал на встречу с жуликами в Москву. Заходил фон-бароном в кабак, и хрен кто мог подумать, что он мент. Такие вот времена были. Никто никого не знал в лицо. Кем хочешь, тем и будь. В этом «народном театре» он всегда играл одну роль – роль нового русского, знающего поляну. Играл, правда, хорошо. И потому на его праздничном кителе орден. За изъятие крупной партии фальшивых долларов, а затем и партии оружия.

На тот момент он, может быть, и был прав, но правота его содержалась только в его собственных представлениях о ходе жизни, да и то до поры до времени.

* * *

Около часа дня, как раз сразу после того, как Андрей снова хорошо отобедал в ресторане гостиницы, ему в номер позвонил начальник Смоленского УБОПа и предложил встретиться.

— Обязательно. Такая встреча входит в мои планы. Это очень хорошо, что после шести. Поезд у меня только в одиннадцать. Время будет. Нет, не надо никаких экскурсий и бань, спаси и сохрани, сейчас я буду просто спать. Нечасто удается выехать в такую командировку, чтобы было время вздремнуть.

— Понимаю. А как насчет ужина?

— Идея хорошая. Можем и поужинать, и заодно поговорить. Главное, вы мне подготовьте справку относительно дела, по которому я приехал.

— Хорошо, тогда я вас часиков в шесть заберу.

В начале седьмого они уже сидели в Управлении по борьбе с организованной преступностью, в кабинете начальника, за недурно сервированным столом, за которым кроме них расположились и замы Соколова. Соколов был настоящий полковник, высокий, солидный, с небольшим пузцом, на днях разменявший полтинник.

— На «ты» или на «вы» будем? – поинтересовался тот в самом начале.

— Я не смогу вам тыкать, вы полковник, я капитан. – Андрей соблюдал субординацию и отдавал должное разнице в возрасте, но уже через полчаса они были на «ты».

— Эх, кто придумал это двойное подчинение? – вздыхал после очередной рюмки Соколов. – Был бы я подотчетен только главку, я бы и горя не знал. А то ведь начальник УВД душит, и как душит! Ну, может, теперь, после твоего приезда, палки в колеса не будет совать.

— Ты думаешь, что я приехал только по его душу? – мрачно парировал Большаков. – Ошибаешься. У меня и к тебе есть личное послание от министра внутренних дел.

Соколов даже подскочил на месте.

— Даже так? Прямо от самого министра? Ну дела! Для меня это большая честь. Давай его сюда!