Книга Поручик Ржевский и дамы-поэтессы, страница 15 – Иван Гамаюнов

— Мама у меня англоманка, — сказала Тасенька, рассказывая Пете и Ржевскому о своих родителях.

— Англоманка? — встревожился поручик. — Это вроде лихоманки? Болезнь серьёзная?

— Болезнь? — удивилась Тасенька. — Нет, вы не так поняли.

— Значит, вы не больны?

— Я? — снова удивилась Тасенька.

— Но вы сказали: «Мама, у меня англоманка».

— Я сказала, что у меня мама англоманка.

— Значит, болеет ваша матушка? — сочувственно спросил Ржевский.

Тасенька помотала головой.

— Нет. Если я говорю, что матушка — англоманка, это значит, что она без ума от английской культуры и традиций.

— Без ума?

— В хорошем смысле, — терпеливо пояснила Тасенька. — Англомания — здоровое увлечение, оно не опасно. Если, конечно, знать меру. И почти не заразно.

— Почти? — снова встревожился Ржевский.

По счастью, княгиня София Сергеевна, присутствовавшая за столом, не обиделась, а лишь рассмеялась английским смехом:

— Хо-хо-хо! Болезнь! Надо же!

Князь Иван Сергеевич Мещерский, Тасенькин отец, тоже был по-своему без ума. Без ума от швейцарских сыров. Даже голова князя напоминала головку сыра на белой салфетке — круглое лицо бледно-жёлтого цвета, которое опиралось щеками на белый воротничок.

Иван Сергеевич в своём безумстве зашёл так далеко, что устроил в родовом имении сырный завод, выписал из заграницы швейцарца-сыровара и швейцарских бурёнок. А когда у Мещерских бывали гости, князь старался накормить всех сырами до отвала и светские разговоры вёл только о сырах.

— Вы уже пробовали наш сыр? — спрашивал он нового знакомого. — Вы положили себе мало сыра! — замечал князь гостю во время застолья. — Возьмите с собой в дорогу кусочек, — предлагал Иван Сергеевич при прощании.

Даже Ржевскому, который жил всего в нескольких минутах езды от дома Мещерских, князь однажды пытался дать в дорогу кусок сыра, но княгиня София Сергеевна спасла поручика, а затем, верная привычке рубить словом, пожаловалась на мужа:

— Двенадцать лет назад увлёкся сыроварением, и с тех пор я будто вдова. Ничем не занимается кроме сыра. Двенадцать лет назад я всё-таки успела забеременеть Марией, нашей младшей дочерью. В положенный срок она родилась, но с тех пор у нас с мужем больше не было детей. Думаете, это совпадение? Нет, это не совпадение, это сыроварение. — Княгиня пристально посмотрела на поручика: — А вы говорите «англомания»! Сыроварение, как оказалось, куда опаснее для семейной жизни.

С того времени, как Ржевский познакомился с Тасенькиными родителями, прошло чуть менее трёх недель. И вот поручик снова явился к Мещерским, сопровождая Тасенькиного жениха на очередной обед.

На то, чтобы отдать швейцару лишние предметы гардероба и подняться по широкой парадной лестнице, ушло три минуты, поэтому Ржевский и Петя в итоге опоздали на пять минут. Когда оба вошли в залу, остальные собравшиеся уже готовились сесть за большой овальный стол, блиставший фарфором и хрустальной посудой, в которой отражались огоньки многочисленных свечей. В ноябре даже днём в комнатах было сумрачно.

Как и следовало ожидать, хозяйка дома строго кашлянула, а затем отчеканила на английском что-то вроде «джентльмен юлит», но поручик уже знал, что это значит «господа, вы опоздали».

— Ю а лейт, — уже более членораздельно повторила княгиня Мещерская.