Книга Ритуал для посвященных, страница 95 – Геннадий Сорокин

— Видите, в чем дело, — объяснил Виктор, — у нас постоянно происходит утечка информации. Стоит начать разрабатывать подпольную «точку», как тут же об этом становится известно спекулянтам, и они на время прекращают торговлю. Взрослый человек, вольно или невольно, может проговориться спекулянтам или их знакомым о беседе с сотрудником милиции, а ваша ученица — нет. Вряд ли в круг ее общения входят любители спиртного.

— Что вы! Как вы можете такое подумать! — возмутилась завуч. — Наши учащиеся спиртным не интересуются. Даже на дискотеки без запаха приходят. Кто из наших учеников вас интересует?

— Постникова Елена из девятого «Б» класса.

— Очень хорошая девочка, — заверила завуч. — Активистка. Учится на «хорошо» и «отлично»…

— Пригласите ее, — не стал дослушивать дифирамбы Воронов.

Завуч сходила на урок, не объясняя причины, вызвала Постникову к себе. Ничего не понимающая девушка вошла в кабинет, села на краешек стула напротив Воронова. Завуч, не зная, как поступить, пробормотала: «Ну, вы тут… беседуйте», — и вышла за дверь.

Постникова Елена была девушкой среднего роста, одета в школьную форму с комсомольским значком на левой лямке фартука. При первом взгляде на нее бросалось в глаза несоответствие детского лица и развитой женской фигуры. Создавалось впечатление, что Постникову, как конструктор, собрали из двух человек разного возраста. Следующей приметной деталью была прическа Елены: волосы ее были заплетены в тугую косу до пояса. Большой лоб со следами юношеских прыщей оставался открытым, и Постникова явно стеснялась своей угреватой кожи, выставленной на всеобщее обозрение.

«Как в анекдоте, — промелькнула у Воронова мысль. — «Почему у вашей дочери глаза все время выпученные? Вы ей косичку так туго не затягивайте, и глазки нормальными будут».

Постникова Елена носила школьное платье с глухим воротом.

«Родители видят, что в девушке начинают бушевать гормоны, и всячески стараются оттянуть ее вступление во взрослую жизнь. Отсюда консервативная прическа и ворот, как у школьницы младших классов. У нас в девятом классе все девушки носили платья с отложным воротничком».

Оценив внешний вид Постниковой, Виктор понял, с чего надо начать беседу, чтобы с первых слов найти общий язык с подростком.

— У меня сестра до десятого класса носила косу, — доверительно сказал он. — Потом взбунтовалась, втайне от родителей пошла в парикмахерскую и сделала модную стрижку. Отец с матерью были в шоке, но поделать уже ничего не смогли. Не приклеят же они волосы назад!

— Сильно ругались? — заинтересованно спросила Постникова.

— Целый вечер скандалили, потом успокоились. Что сделано, того не вернешь!

У Виктора действительно была старшая сестра, но она никогда не отращивала волосы ниже плеч. Историю про косу пришлось выдумать на ходу.

— Ваша сестра — смелая девушка, — сказала Елена. — Я бы так не смогла.

Воронов немного расспросил Постникову о родителях, о соседях по подъезду, ненавязчиво перешел к Ооржак.

— Тетя Катя странная какая-то, — стала рассказывать Елена. — Никогда первая не поздоровается, всегда хмурая, чем-то недовольная, а муж у нее — обычный мужчина, веселый. Приветливый.

— У них нет детей?

— Своих нет. С внуком возятся. Он совсем еще маленький, даже ходить не научился.