Книга Между двух войн, страница 47 – Геннадий Сорокин

У Воронова на этот день были совсем другие планы – он готовился к переезду из Степанакерта в Балуджу. Сопунов вызвал его рано утром.

— Поедешь в Аскеран, – распорядился начальник штаба. – Будешь там моими ушами и глазами.

Воронов поспешил в актовый зал, покидал одежду и умывальные принадлежности в спортивную сумку, отнес ее на хранение в штаб.

В полдень Шабо, увидев слушателей с автоматами, поинтересовался, куда они собираются, и побежал к себе в каморку – докладывать новость руководству «Крунк». Через несколько минут он вышел и с самым невинным видом заявил, что все автобусы в автопарке сломались и транспортом до Аскерана он их обеспечить не может. Сопунов не стал спорить и велел выдвигаться на двух автомобилях: штабном УАЗе и ЗИЛе. В УАЗ сели Воронов, адвокат и подсудимый. Шубин, четверо автоматчиков и четверо слушателей без огнестрельного оружия разместились в кузове грузовика.

— Запомни! – напутствовал Шубина командир отряда. – Ни при каких обстоятельствах Иванов не может быть арестован.

— Я понял! – кивнул офицер и дал знак выдвигаться.

Аскеранский районный суд занимал левое крыло в отдельно стоящем одноэтажном здании в центре города. В правом крыле находились адвокатура и прокуратура района. Отдел милиции был расположен в другом здании, метрах в пятидесяти от одноэтажного здания.

Прибыв на место, Шубин собрал слушателей и провел последний инструктаж:

— Воронов на штабном автомобиле блокирует запасной выход. ЗИЛ мы оставим напротив главного входа. Все автоматчики займут позицию в кузове ЗИЛа. Я с остальным личным составом выдвинусь в зал судебного заседания. Если Иванова приговорят к лишению свободы, то мы, применив физическую силу, выведем его на улицу, а дальше, мужики, действуйте по обстановке! У нас пять автоматов и пистолет. Как-нибудь отобьемся!

Сватков отогнал УАЗ к запасному выходу. Воронов проверил радиосвязь с десятой школой и вышел из автомобиля покурить. Зал предстоящего судебного заседания был прямо перед ним.

В пустом зале происходили интересные вещи. Незнакомый старшина милиции, скорее всего начальник конвойной службы Аскеранского РОВД, что-то эмоционально объяснял мужчине в строгом пиджаке.

«Это же судья!» – догадался Воронов.

Старшина, как видно исчерпав словесные доводы, покрутил пальцем у виска, давая понять, какого он мнения об умственных способностях судьи. Мужчина в пиджаке с оценкой обстановки не согласился. Старшина показал ему на окно. Судья посмотрел на улицу. Воронов по-дружески улыбнулся ему и помахал рукой: «Привет! Мы здесь!» Судья нахмурился и отдал распоряжение приступить к подготовке судебного заседания.

— Что тут за цирк был? – спросил Сват, пропустивший начало представления.

— Начальник конвойной службы объяснил судье, что если он приговорит Иванова к реальному лишению свободы, то мы его вывезем силой оружия. Старшина – умный мужик! Нафига бы ему из-за какого-то приезжего подсудимого побоище устраивать? Закон законом, но нынче времена не те, чтобы судебные решения исполнять.

Воронов обошел здание, сообщил автоматчикам о споре в зале суда.

— Если судья упрется рогом, будьте готовы к тому, что из здания РОВД по вам откроют огонь, – сказал он.

— Пусть только попробуют! – пригрозил один из парней. – Мы им такой фейерверк устроим, что в Ереване услышат.