Книга Темное настоящее, страница 142 – Геннадий Сорокин

— Давай ужинать! – прервала затянувшиеся рассуждения мужа Лиза. – Я в ресторане не была, деликатесами не объедалась.

— Любимая, ты знаешь, как сейчас проходят деловые встречи в ресторанах? Два раза вилкой ткнул в салат – считай, что наелся. На деловом ужине как на фуршете: ни выпить, ни закусить.

После ужина Лаптев подошел к книжному шкафу – выбрать, что почитать перед сном. На глаза ему попался детектив известного советского автора. С началом рыночных отношений в России книжный дефицит исчез, в продаже появилась литература на любой вкус. Лаптев купил несколько детективов, которые раньше достать не мог. Прочтя произведения одного из классиков советского детективного жанра, он пришел в изумление от откровенной чепухи, поверить в которую мог только человек, никогда не носивший погон. Автор детективов в милиции не служил, о работе и быте сотрудников уголовного розыска имел смутное представление. В его романах московские сыщики являются завсегдатаями известных столичных ресторанов, выпивают и спорят об искусстве с режиссерами, актерами и журналистами. Спрашивается: на какие шиши эти майоры и подполковники при советской власти по ресторанам гуляют? Куда начальство смотрит? Почему никто не поинтересуется источником их доходов? Но это так, придирки. Более нелепым и вызывающим было описание внешнего вида милицейских пенсионеров. Автор детективов консультировался с действующими сотрудниками милиции. Кто-то из оперов зло подшутил над ним и убедил, что нагрудный знак «Отличник милиции» является престижной наградой, равной ордену Красной Звезды на груди легендарного Глеба Жеглова. В фильме «Место встречи изменить нельзя» герой Владимира Высоцкого неоднократно появляется с орденом Красной Звезды на пиджаке. Время послевоенное, все мужики носили награды, как на военной форме, так и на гражданской одежде. Орден есть орден! Государственная награда. Его хоть на свитере носи, от этого он своей престижности не потеряет. С нагрудным знаком «Отличник милиции» все обстоит иначе. Этим нагрудным знаком награждались лица рядового и сержантского состава милиции за совершение выдающегося поступка. За выслугу лет данным знаком не награждали. «Отличник милиции» – сугубо ведомственный знак, не медаль, не орден, а именно нагрудный знак, уместно смотрящийся исключительно на форменном кителе, но никак не на гражданской одежде. При советской власти редкий дембель возвращался домой без значка «Отличник советской армии», но никому не приходило на ум покрасоваться с этим значком на гражданской одежде. Казалось бы, солдат доблестно служил, был отличником боевой и политической подготовки, так почему бы ему пожизненно не носить «Отличника советской армии»? Ответ прост: каждому овощу – свое время. У автора заинтересовавших Лаптева детективов милицейские пенсионеры с гордостью носили на пиджаках и джемперах «Отличника милиции». В одном из романов с этим знаком разгуливал отрицательный персонаж, изгнанный из рядов МВД за позорящие поступки, в другом – достойный пенсионер, ветеран милиции. Выглядели эти пенсионеры с ведомственным нагрудным знаком так же реалистично, как офицер милиции, нацепивший на грудь солдатский значок «Воин-спортсмен».

Рассматривая обложку книги, Лаптев подумал:

«После войны мужики ходили с наградами на гражданской одежде. Потом их сменили орденские колодки. В 1970-х годах награды или орденские колодки стали надевать исключительно по праздничным дням. Время изменило приоритеты. Боевые заслуги отошли в прошлое, мирная жизнь диктовала свои условия. На 9 Мая ветеран с наградами смотрелся уместно, а уже 10 мая несколько странно. Что изменилось: отношение людей к войне или наградам? Изменились сами люди. Ценность ордена Красной Звезды может понять только человек, сам носивший погоны. Только фронтовик может с полуслова понять фронтовика. Окопное братство! Общность людей, переживших одни и те же события. Что так настойчиво пытался донести до меня Черданцев? Во-первых, Борзых всегда пускался во все тяжкие, был лидером в их паре, следовательно, убийство Мамедова совершил он, а Черданцев только прикрывал. Во-вторых, они были как “один сапог с двумя голенищами”, то есть друзья неразлейвода. В-третьих, по уличным законам конца 1970 – начала 1980-х годов не было более тяжкого греха, чем предательство друга. Следовательно, Черданцев никогда бы не пошел на убийство Борзых, это противоречило бы идеалам его юности. Но все течет, все изменяется! В действие вступает двоемыслие. Для нынешнего Петра Черданцева одновременно существовали два Юрия Борзых: один – дерзкий Юрец из прошлого, другой – Борзых Юрий Николаевич, мот и ненадежный товарищ. Юрец из прошлого был для Черданцева неприкосновенен, какой бы подлый поступок он ни совершил, а вот с Юрием Николаевичем все обстояло уже совсем по-другому. Окружающий мир изменился, и клятвы идеалам юности перестали действовать. Когда это произошло? Когда между ними разверзлась пропасть? Скорее всего, в 1992 году. Карташов совершает ДТП со смертельным исходом. Взять вину на себя должен один из неразлучных друзей, иначе совместный бизнес рухнет, и они все понесут непоправимые убытки. Кто должен взять крест и взойти на Голгофу? Борзых. Он родственник Карташова, ему и прикрывать тестя. Но вместо Борзых в колонию-поселение отправляется Черданцев. Именно тогда спираль философского закона отрицания отрицания совершила очередной виток и оставила в прошлом юношескую дружбу Борзых и Черданцева. Вместо друзей они стали деловыми партнерами, приятелями, кем угодно, но не друзьями в лучшем смысле этого слова. Взаимные обязательства потеряли смысл, вмиг обесценились, и сохранять им верность было бы так же странно, как взрослому мужику носить на спортивной куртке солдатский значок “Специалист второго класса”. Что подтолкнуло Черданцева к решительным действиям? Афера с отелем или предстоящая женитьба Борзых? Скорее всего, женитьба».