Книга Темное настоящее, страница 140 – Геннадий Сорокин

У Черданцева зазвонил телефон. Он взглянул на определитель номера, усмехнулся.

— Вот и она, легка на помине!

— Кто? – не понял Лаптев.

— Лилия Львовна, кто же еще! Объявилась наконец-то.

Лаптев почувствовал себя одураченным. Стройная выверенная теория рассыпалась, как карточный домик. Один звонок перевернул все с ног на голову.

«Держи себя в руках! – мысленно приказал себе Лаптев. – Сейчас самое важное – это сохранять хорошую мину при плохой игре. Потом разберемся, откуда вынырнула вдова и где она пропадала все это время».

— Когда ты хочешь встретиться? Прямо сейчас? – спросил у Лилии Черданцев. – Окей! Еду… Где Юра? В морге, где ему еще быть… Лиля, такие вопросы по телефону не обсуждают. Приеду – решим, как дальше быть.

Черданцев убрал телефон.

— Я помчался, – сказал он. – Мой водитель доставит тебя до дома. Завтра позвоню, скажу, когда можно будет в следующий раз встретиться… Ты, Андрей Николаевич, в лице поменялся, когда узнал, что это Лиля звонит. Скажи честно, ты не ожидал, что она объявится? Ты, наверное, думал, что Лиля с пробитой головой валяется где-то в тайге и голодные забайкальские медведи обнюхивают ее бездыханное тело? Лев как-то проболтался, что хотел столкнуть ее мамашу со скалы, но я не Лев Иванович! У меня и мыслей об убийстве никогда не было. Я друзей юности не предаю, даже если эти друзья с годами стали мерзавцами и подонками. Бог им судья, а я останусь верен своим идеалам. Кстати! В день убийства Юрия Борзых я весь день был на виду, отмечал день рождения младшего сына. В ресторане меня видел не один десяток человек.

«Борзых убили утром, а в ресторане ты появился наверняка вечером», – мог возразить Лаптев, но промолчал.

Через несколько минут Черданцев и Лаптев разъехались в разных направлениях.

— Ты злой приехал? – спросила Лиза. – Что-то пошло не так?

— Хуже! Все пошло не так.

Лаптев прошел на кухню, открыл окно, закурил.

— Я заметил, что с годами становлюсь все более обидчивым. Если бы мне лет двадцать назад нащелкали по носу, то я бы не обратил на это внимания, а сегодня я почувствовал себя дураком только потому, что выстроенная стройная теория рухнула. Спрашивается, кто сказал, что она изначально была верной? Никто. Если с самого начала теория базировалась на неверных посылках и выводах, то какого черта я чувствую себя так, словно меня публично унизили и оскорбили?

— Тебе надо выговориться, – сказала Лиза. – Ужинать будешь или вначале расскажешь, что произошло?

— «В начале было слово», – процитировал Библию Лаптев. – Слово было «Лев Карташов», центральное звено в этой истории. За годы перестройки и дикого капитализма он сколотил неплохой капитал. Его состояние на конец прошлого года составляло примерно полмиллиона американских долларов. Средства в основном были вложены в недвижимость и акции известных фирм. Кому-то из нынешних богатеев полмиллиона долларов не хватит на недельку в Монако смотаться, а для кого-то, да не для кого-то, а для всех нас, полмиллиона зеленых американских денег – это фантастическая сумма, на которую можно безбедно и весело прожить до конца дней своих. В годы кризиса Карташов сумел остаться на плаву, не растратить средства на сомнительные проекты… Стоп, меня не туда понесло! Все, что было до января этого года, – это только прелюдия к развернувшимся событиям. Итак, в конце января Лев Иванович заканчивает земной путь и отправляется на встречу с Создателем. У него остаются три наследника. Всего три, других родственников нет. Наследница первой очереди – дочь Лилия Львовна. Потом идут внучка, живущая за границей, и зять, беспутный малый, потративший на красивую жизнь все, что с помощью Карташова заработал. Внучку из числа наследников условно исключим – она до сих пор не объявилась и вряд ли появится. Остаются зять и дочь. Зятя Юрия Борзых застрелили 31 мая этого года. Организатор убийства руководил исполнителем по интернету, то есть, на первый взгляд, это мог быть кто угодно, но ряд признаков указывает, что это был Черданцев, лучший друг покойного. Я рассуждал примерно так: если ликвидировать Борзых и Лилию Карташову, то вся наследственная масса повиснет в воздухе. Формально право на нее может предъявить внучка, но она связи с родственниками не поддерживает и о смерти дедушки не знает. Если убийцей наследников Карташова является Черданцев, то он может завладеть всеми средствами. Как? Есть несколько способов. Первый: предъявить миру подставную внучку. Выбрать девушку подходящего возраста, изготовить для нее поддельные документы, удостоверяющие личность, и вступить в права наследования. К сомнительной наследнице никто претензий предъявлять не будет, так как других наследников нет. Деньги Карташова после смерти дочери и зятя становятся ничейными. Формально его наследство должно пойти в доход государства, но государство о свалившемся на него «счастье» ничего не знает. Государство – это все граждане России, и никто одновременно. Нет человека, уполномоченного контролировать переход бесхозных денег в казну Российской Федерации. Вариант второй. Черданцев мог предъявить поддельные документы, позволяющие ему распоряжаться имуществом Карташова в пользу его внучки. Ни один нотариус или государственный чиновник придираться к этим документам бы не стал. Какое кому дело, что кто-то распоряжается тем, что никому не принадлежит? В истории с наследством – ограниченный круг заинтересованных лиц. Если ликвидировать двух основных наследников, то круг превратится в точку, в человека, который скажет: «Наследник – это я!» Сегодня выясняются некоторые подробности последних месяцев жизни Льва Карташова.