Книга Темное настоящее, страница 138 – Геннадий Сорокин

Черданцев достал смартфон, нашел нужную фотографию.

— Симпатичная, правда?

Лаптев счел, что девушка на фотографии самая обычная, без изюминки. Пройдешь мимо – не заметишь.

— Никак не могу привыкнуть, что семейный альбом можно носить в кармане, – вместо похвалы сказал он.

— Перестраивайся! В ХХI веке живем. Технический прогресс идет семимильными шагами. Скоро домашние библиотеки исчезнут, все в смартфоны уйдет. Но вернемся во времена пленочных фотоаппаратов и кассетных магнитофонов! Юля влюбилась. Родители, когда поняли, что у нее и Льва все серьезно, уговаривали Юлю взяться за ум. Но она никого не слушала: «Ну и что, что он в два раза старше меня? Со Львом я чувствую себя как за каменной стеной. Мне интересно с ним, на любую тему можно поговорить». Лев сначала был настроен на ней жениться, но тут Лиля стала между ними стеной, которую ни обойти, ни объехать. Она сразу сказала: «Или я, или эта девка! Ты женишься на ней только через мой труп». Начались скандалы, истерики. Лиля два раза травилась. Ее на скорой помощи в больницу увозили, промывание желудка делали, капельницу ставили. Лев был вынужден начать двойную жизнь: тайком он встречался с Юлей, клялся ей в любви, а по вечерам заверял дочь, что в их жизни ничего не изменится. Лиля с самого первого дня возненавидела Юлю не потому, что она была моей сестрой. Ничего подобного! Она была бы против женитьбы Льва Ивановича на любой женщине. В новом браке у Льва родились бы дети, и Лиля тут же превратилась бы из единственной любимой дочери просто в дочь, в одну из наследниц его состояния. Лиля, повзрослев, привыкла рассматривать капитал, накопленный отцом, как свой собственный, а тут какие-то конкуренты бы нарисовались! Они с Юрой два раза свадьбу переносили, пока Лев не заверил, что жениться не будет. Лев объяснил Юле ситуацию так: «Подожди немного. Лиля родит ребеночка, успокоится, и тогда мы сможем узаконить наши отношения». Сестра согласилась и терпеливо ждала приглашения в загс три года. В 1988 году она забеременела. Лев настоял, чтобы Юля сделала аборт. Мать умоляла ее оставить ребеночка. Говорила: «Юля, рожай! Мы вырастим внука, он тебе не будет обузой». Но нет! Юля слепо верила Льву, и, как оказалось, зря. За три года им обоим надоело встречаться на съемных квартирах, скрывать свои отношения. Юля поставила вопрос ребром: «Если Лиля боится, что я украду у нее хоть один рубль, раздели бизнес на несколько частей, и тогда она не будет иметь к нам претензий». Лев предложил подождать, пока в экономической ситуации в стране не наступит ясность. Наступил 1991 год. Вместо стабилизации экономики грянул августовский путч, и все пошло кувырком, социализм рухнул, в сфере торговли и производства наступил бардак, который сейчас называют периодом первоначального накопления капитала. Юля еще раз потеряла работу, стала вновь погружаться в депрессию. Случайно она познакомилась с мужчиной, который предложил ей выйти за него замуж. Она не нашла ничего лучшего, как поставить Льву ультиматум: «Или я выхожу замуж, или ты женишься на мне». Тот посоветовал не спешить и подождать еще немного. «Но если годы поджимают, – сказал он, – то ничего не жди, выходи замуж, пока зовут». Юля кровно обиделась на него и пошла в загс с нелюбимым мужчиной. Когда Лев стал тяжелобольным стариком, начал выпивать и откровенничать, я выбрал подходящий момент и спросил: почему он в конце 1980-х годов не стал жить с женщиной, которая его искренне любила?