Книга Смерть ранним утром, страница 40 – Геннадий Сорокин

«Было же время! — со злостью подумал Абрамов. — Извели после революции буржуев, но потом они опять возродились и стали плодить вокруг себя лакеев, готовых им еду в номер привозить».

— Подождите! — вывел Ивана из задумчивости голос администратора. — Что же получается? Товарищ Клопов выехал из дома отдыха и не рассчитался за обеды? Он никогда так не поступал. Кто же за него продукты оплачивать будет?

— Кто ему ботинки облизывает, тот пускай и платит! — не скрывая издевки, предложил Абрамов.

— Очень странно! — не дал развиться перепалке Сычев. — Вы, администратор, пришли на работу, приняли смену. Наверняка вы в журнале проверили заселение гостей в номера люкс, увидели фамилию Клопова. На стоянке его автомобиля не было. Вы не поинтересовались, куда он делся?

Администратор с ненавистью посмотрел на Абрамова и ответил Сычеву:

— Кто вам сказал, что Клопов должен был на своей «Волге» приехать? Зимой его племянник на зеленых «Жигулях» привозил.

— Вы модель «Жигулей» не запомнили?

— ВАЗ-2103. Первые цифры номера — 26. Я запомнил их, так как они с моей датой рождения совпадают.

— Почему вы решили, что водитель «Жигулей» был ему племянником?

— Клопов сам сказал об этом. Когда он получал у меня бланк регистрации постояльцев, кивнул в сторону «Жигулей» и говорит: «Племяш мой совсем взрослым стал. Машину купил!» Племянничку этому на вид лет тридцать, так что взрослым он уже давно стал, а не этой зимой. Когда они прощались, Клопов его Димой назвал, а эта, молдаванка, на него так посмотрела, словно он у нее денег взаймы попросил и не отдал в срок. Мне тогда показалось, что она от избытка презрения хотела плюнуть ему вслед, да не стала, постеснялась, да и место тут неподходящее, чтобы эмоции проявлять.

— Опишите мне этого племянника, — предложил Сычев.

— Молодой мужчина, ничем не приметный. Среднего роста, усов нет, стрижка аккуратная, волосы русые. Одет он был в куртку «Аляска», а на Клопове была финская дубленка. Во что молдаванка была одета, я уже не помню.

С лестницы милиционеров позвали наверх. Поднимаясь на этаж, Сычев тихо сказал Абрамову:

— На кой черт ты об него ноги вытираешь? Замкнется сейчас администратор, и мы из него больше слова не вытрясем.

— Я вытрясу! — заверил Иван. — Если надо будет, этот буржуйский холуй мне признается, в каком классе он первый раз в женской бане в щель подглядывал.

Сычев ничего не сказал. Спорить с Дуболомом на темы классового противостояния было бесполезно.

Первоначально номера в доме отдыха «Металлист» были обставлены как в обычной советской гостинице. На каждого постояльца полагалась кровать с прикроватной тумбочкой. На один номер был положен одежный шкаф или прибитая к стене вешалка. Туалет и умывальник находились на этаже. На каждом этаже был небольшой холл с черно-белым телевизором «Рекорд», каналы на котором переключались или пассатижами, или ударом кулака по корпусу. Единый на все этажи душ находился в пристройке. Чтобы попасть в него, надо было взять ключ у администратора. После модернизации в одноместные номера провели холодную воду и установили телевизоры «Горизонт».

Вновь созданные номера люкс разительно отличались от остальных жилых помещений. В них было по две комнаты, имелся совмещенный санузел.

Войдя в номер, который занимал Клопов, Абрамов чуть не задохнулся от возмущения. В те времена, когда Иван профессионально занимался спортом, он подолгу жил в гостиницах и на турбазах. И нигде он не видел такой роскоши, как в номере люкс дома отдыха «Металлист».