Книга Смерть ранним утром, страница 29 – Геннадий Сорокин

— У меня только одно предположение. В той стороне есть несколько турбаз и домов отдыха. На турбазу Васек Трубачев не поедет. Он не любитель посидеть у костра или встретить рассвет с удочкой в руках. Дом отдыха ему тоже не каждый подойдет. Вася в общем зале кушать не будет. Номера повышенной комфортности есть в доме отдыха «Металлист». Путевку в такой номер может подписать только директор завода «Металлист» товарищ Егорычев. Клопов может лично не знать Егорычева, но общие друзья у них наверняка найдутся. Рука руку моет! Ты — мне, я — тебе! Его величество блат открывает любые двери. Поинтересуйся, может, Васек там с любовницей отдыхал.

Агафонов попрощался с начальником ГАИ, обговорил с ним дальнейшее взаимодействие и вызвал Сизикова. Через двадцать минут инспектор сообщил, что он дозвонился до дома отдыха «Металлист». Клопов Василий Дмитриевич был записан в книге постояльцев под номером 365 «Л». Дата заезда — 19 апреля, дата выезда — 22 апреля 1979 года.

Оценив новость, Агафонов вызвал Абрамова и Сизикова.

— Кинжалы в ножнах заржавели, мужчины дома зажирели! — процитировал он кавказскую поговорку. — Я не хочу, чтобы мои сотрудники страдали от избыточного веса. Собирайтесь и немедленно поезжайте в дом отдыха «Металлист». Выверните там все наизнанку, перетрясите персонал. К утру я должен знать, чем в доме отдыха занимался Клопов. С вами одновременно поедет оперативная группа областного УВД. Постарайтесь не путаться у них под ногами. Областники пробудут в доме отдыха недолго. Они отметятся, наговорят вам массу умных вещей и уедут в город, а вам предстоит вся грязная и неблагодарная работа. Я остаюсь на месте. Если случится что-то экстраординарное, я всегда готов выйти на связь по радиостанции в дежурной части.

Отправив инспекторов работать, Агафонов прошелся по кабинету, посмотрел на только что доставленную из районного отдела милиции паспортную форму № 1 на гражданку Березкину Снежану Вадимовну, 21 апреля 1959 года рождения.

«Ей сегодня должно было исполниться двадцать лет! — посочувствовал Агафонов. — Печально, наверное, получить пулю в голову накануне дня рождения».

Паспортная форма № 1 представляла собой документ, заполняемый при первом получении паспорта гражданином Советского Союза. В паспортной форме указывались анкетные данные гражданина, достигшего шестнадцатилетнего возраста, фамилия, имя и отчество его родителей и адрес места жительства на момент получения паспорта. В углу паспортной формы вклеивалась фотография. Точно такая же фотография вклеивалась в паспорт. На фотографии шестнадцатилетняя Снежинка выглядела почти ребенком, а не роковой женщиной, от которой при первом же знакомстве сходили с ума мужчины.

«Так вот как ты выглядела, когда на Кейля поступила анонимка! — подумал Агафонов. — Когда это все началось? Года три назад или больше?»

Анонимкой называется не подписанное автором сообщение о преступлении или совершении гражданином неблаговидного поступка, направленное в органы государственной власти для принятия решения по существу изложенных в заявлении фактов. С первых дней советской власти анонимкам была придана сила официального обращения, требующего немедленной реакции властей на изложенные события. В сталинские времена написание анонимных доносов приняло невиданный размах. Анонимки писали подчиненные на сослуживцев и соседи на соседей. Даже дети писали анонимки на родителей, и не одна сотня потерявших бдительность мам и пап пошла отбывать срок в лагеря за неосторожно сказанное на кухне слово.