Книга Смерть ранним утром, страница 12 – Геннадий Сорокин

— Гойко, что у тебя за странный вид? — осмотрев подчиненного с ног до головы, спросил начальник ГАИ. — Ты давно начал в гражданских ботинках без носков ходить? Впрочем, неважно!

Разуваев отвел Гойко к своему автомобилю и приказал:

— Служебное удостоверение и пистолет — на капот! Я на время отстраняю тебя от должности.

— Ничего я отдавать не буду! — набычился Гойко. — Не имеете права у меня оружие забирать.

— Слушай меня внимательно! — не повышая голоса, сказал Разуваев. — Или ты сейчас мне, своему непосредственному начальнику, сдашь пистолет и документы, или ты отсюда поедешь в наручниках, как подозреваемый в преступлении. До трех я считать не буду. Раз!

Гойко с великой неохотой подчинился. Разуваев подозвал сержанта из заступившего на смену экипажа ДПС, велел отвезти Гойко в отдел ГАИ.

Агафонов махнул оперативникам рукой:

— Поехали!

Проезжая мимо стоящих вдоль дороги автомобилей, Агафонов сказал:

— Шесть машин на трассе осталось! Шесть! А сколько их приехало и уехало за сегодняшнее утро? Интересно, если бы первый секретарь горкома партии разбился насмерть, больше бы народу слетелось на него посмотреть? Наверное, меньше. Снежинка — это вам не партийный чиновник местного масштаба. Она, как сказал начальник ГАИ, штучный товар.

— Кто она такая, эта Снежинка? — не удержался от вопроса Абрамов.

— Она — любовница лучшего бильярдиста в Западной Сибири, а может, не только в Сибири, но и во всей стране. Вася Клопов на бильярде за одну партию больше зарабатывает, чем ты за год. Или за два. Я его доходы не считал, а как он жил в последние годы, мы сейчас проверим. Я по радиостанции еще в самом начале направил вневедомственную охрану к нему домой. К Снежинке, кстати говоря, тоже.

На въезде в город им повстречалась идущая навстречу машина начальника городского уголовного розыска Богомольцева. Автомобили мигнули друг другу фарами и остановились, каждый со своей стороны дороги. Богомольцев и Агафонов вышли на обочину.

— Что там? — спросил начальник ОУР.

Агафонов кратко доложил, что увидел и узнал на месте происшествия, какие мероприятия наметил на ближайшее время.

— Сколько у меня времени? — спросил он. — Когда они штаб организуют? Когда начнут нас теребить, как Тузик грелку?

— Штаб уже создали, — ответил Богомольцев, — но пока он в полном составе не собирался. Утро же еще! Кто-то спит, кто-то вчера на дачу уехал, проведать, не обокрали ли за зиму, не растащили ли последние вещички. Я думаю, что часа через три-четыре они вспомнят про нас и вызовут меня с отчетом о проделанной работе.

— Проклятые бюрократы! — в сердцах воскликнул Агафонов. — Все бы им доклады заслушивать да отчеты писать! Чуть не успеешь вовремя доложить, так тут же угрозы следуют: «Ты что, хочешь нас перед Москвой подставить?» Москва — это пуп Земли! Все на нее, матушку, работаем!

— Забудь про Москву и забудь про штаб. Оставь работу с этими бездельниками на меня, а сам займись Клоповым. Приедешь в управление — подготовь ориентировку на его розыск. Мы должны сегодня же перекрыть аэропорт, вокзал, автовокзал и все выезды из города.

— Ориентировку Сизиков подготовит, а я проверю квартиру Клопова и к Снежинке загляну. Васек Трубачев — мужик опытный, но чем черт не шутит! После убийства любовницы мог запаниковать, начать метаться по городу. Вряд ли он после ДТП домой поедет, но все же! Если есть хоть один шанс его дома задержать, то этот шанс упускать нельзя.