Книга Ночь пяти псов, страница 8 – Чхэ Ёнсин

Пак Хечжон не отвечала. Она силилась понять, кто эти люди и откуда знают Семина, смотрела рассеянно и отрешенно.

Мальчик затряс ее за плечо:

— Мама, тебе задали вопрос!

Семин раскраснелся. Пак Хечжон взглянула на женщину в синем и все также рассеянно кивнула.

Мальчик чуть не задохнулся от возмущения:

— Да нет же! Ты не называла моего имени!

— Семин, мы просто слышали о тебе раньше. Мы каждый день говорим с людьми, — с улыбкой стала объяснять женщина в синем.

Улыбка выглядела неестественной. Улыбались губы, но верхняя половина лица казалась окаменевшей, и взгляд оставался настороженным.

— И что же вы слышали?

— Что в этом доме живет не по годам умный мальчик, его зовут Пак Семин. Когда мы с тобой заговорили, я поняла, что это ты. Какой ребенок мог бы быть еще умнее?

— Кто вам это сказал? — с вызовом продолжал Семин, вздернув подбородок.

— Не помню. Мы заходим в десятки квартир…

— Ребенок или взрослый? Хотя бы это вы помните?

— Если не ошибаюсь, ребенок…

Пак Хечжон все еще смотрела на женщину в синем. Ответив на ее взгляд, та опять принужденно улыбнулась. На этот раз улыбка поднялась выше, к переносице, но по-прежнему не затронула глаз. «Откуда она знает Семина? Почему врет?» — кружилось в голове Пак Хечжон.

— Мальчик или девочка?

— Кажется, девочка…

— А что она еще вам сказала? Кроме того, что я умный?

— Пытаюсь вспомнить…

— Очевидно, не о том, что я альбинос. Иначе вы бы меня узнали, как только вошли.

— Что же еще… Знаешь, кажется, больше ничего не говорила. Только о том, что мальчик удивительно умный…

— А! Может, девчонка с длинными волосами, выкрашенными в зеленый цвет?

— Да, кажется, именно она…

— Это Чуи. Только у нее зеленые волосы. — Семин наконец расслабился и рассмеялся. — Она сама неплохо учится. Но я бы не назвал ее умной.

— Разве тот, кто хорошо учится, не умен по определению?

— Это совершенно разные вещи. Как взрослые могут этого не знать?

— Семин! — предупреждающе произнесла Пак Хечжон.

Сын легко переступал черту, стоило кому-то его похвалить. Он тут же смутился и прикусил губу. Старуха в желтом, все это время просидевшая с прикрытыми глазами, вдруг дернула шеей и сдавленно хрипнула.

— Уже девять часов, нам пора, — произнес старик, заговорив впервые за вечер.

Было заметно, что ему неловко. Женщина в синем поспешно поднялась и помогла встать старшей спутнице. Они взяли свои вещи и направились к входной двери. Женщина в синем поддерживала старуху, продолжавшую дергать шеей.

— Может, побудете еще? Мы ложимся не раньше одиннадцати, — насупившись, заговорил Семин.

Ему никто не ответил. У самой двери старуха словно очнулась и оттолкнула руку женщины в синем.

— Скажите хотя бы, как вас зовут.

— Меня? — переспросила женщина в синем, надевая сырые туфли. — Есфирь.

Семин несколько раз беззвучно повторил имя, стараясь запомнить. Затем торопливо прошел в гостиную, взял со стола блюдо с печеньем и вернулся к двери.

— Есфирь, возьмите это с собой.

Женщина уставилась на печенье.

— Вы придете к нам еще? — спросил Семин.

Есфирь посмотрела на мальчика и кивнула.

— А когда?

Женщина чуть повела головой. На ее глаза отчего-то набежали слезы. Она смотрела на мальчика ласково, словно хотела утешить. Вглядевшись в ее лицо, Пак Хечжон с силой сжала руки. От недоброго предчувствия у нее заныло сердце и похолодело внутри.