Книга Ночь пяти псов, страница 10 – Чхэ Ёнсин

Дверь отодвинулась в сторону и вошел официант. Разговор вынужденно прервался. Пока официант расставлял блюда и разливал соусы, притихшие женщины изучали свои отражения в зеркальцах и сообщения в смартфонах. Ресторан, где готовили сябу-сябу, располагался напротив входа в жилой комплекс и был излюбленным местом встреч для матерей школьников. Вместо общего зала в ресторане были отдельные комнаты с раздвижными дверями.

— Как жаль детей. Такие хорошие семьи, такие перспективы у мальчиков… — со вздохом произнесла мать Чуи.

Ее слова подхватила госпожа Со, мать Анбина:

— Вы не представляете, каково мне было. После того, как произошло второе убийство, не спала ни одной ночи. Да, очень способные и перспективные мальчики, поэтому я так сильно переживала за Анбина… О, нет, я вовсе не хочу хвастаться сыном. Но если уж говорить открыто, то кто в классе с ним сравнится?

Госпожа Со метнула взгляд на Пак Хечжон, сидевшую от нее по диагонали напротив. Та молча опустила кусочек мяса в котел с водой.

— Моя Чуи учится ничуть не хуже. Да и Ёнин тоже, — обиженно вздернула подбородок мать Чуи.

— Но они девочки. А я говорю о мальчиках. Ты разве ничего не знаешь о погибших? Они оба были старостами своих классов! Мерзавец выбирал лучших!

— Ох, верно, они же были старостами! И Анбин тоже староста класса!.. Извини, не поняла сразу.

— Не стоит извиняться.

— Ну что ты, не обижайся! Что с меня взять? Родила дочек, и забот не знаю, пять дней не работаю, шестой отдыхаю… — ломала комедию мать Чуи, стараясь загладить промах.

Госпожа Со захохотала, но внезапно оборвала смех и прижала руки к лицу:

— Я рассмеялась? Я действительно рассмеялась? Не помню, когда смеялась в последний раз!

Две ее собеседницы одобрительно захихикали, но Пак Хечжон даже не улыбнулась.

— Кстати, что вы говорили по телефону? Школа готовит фестиваль? В начале семестра? — спросила мать школьницы по имени Чхэён, помешивая салат.

— Решение администрации школы. Они считают, фестиваль поможет разрядить обстановку. Все были в большом напряжении из-за убийств.

— Каждый класс готовит, что хочет?

— Нет, было бы много повторов. Чтобы не терять время, устроили распределительную лотерею между классами. Члены родительского комитета тянули бумажки, на которых было указано выступление для фестиваля. Кому-то достался танец, кому-то — песня, а я для нашего класса вытянула спектакль, поверить не могу!

Заканчивая фразу, госпожа Со уставилась на свои ладони. «Что за негодные руки, — думала она, — хоть бы раз в жизни выбрали что-нибудь стоящее. Только такие и могли схватиться за отца Анбина, а не за другого мужчину из всех возможных. Перебирали-перебирали, да худо выбрали».

Госпожа Со тяжело вздохнула, и это не ускользнуло от внимания матери Чуи:

— Что так вздыхаешь? Разве спектакль не лучше, чем танец или песня?

— Слишком большая нагрузка. Анбину в начале сентября еще сдавать английский.

— Он не сдавал его в июне? — удивилась мать Чхэён.

Не отвечая на вопрос, госпожа Со сверлила глазами Пак Хечжон. На экзамене в июне Анбин набрал баллов меньше, чем Пак Семин. Это случилось не в первый раз, и так было не только с английским. Невыносимее всего было знать, что Семин вышел в финал первой части ежегодной олимпиады по математике, тогда как Анбин не смог пройти отборочный этап. Правда, утешало, что Семин все-таки не стал победителем. Анбин регулярно уступал Семину первенство в математике и в конце концов просто потерял желание учиться. Но это не все. Из-за вечных проигрышей Семину Анбин был постоянно на взводе, и ему пришлось полгода посещать детского психолога. Как будто этого мало, ее муж положил глаз не на кого иного, как на Пак Хечжон и, казалось, совсем потерял голову.