Книга Операция «Барбадосса», страница 45 – Майк Логинов

Еще одной новой чертой моей жизни стала публичность. Я мог наслаждаться безвестностью до тех пор, пока был владельцем маленького сувенирного магазина в туристическом районе Сент-Джорджеса. Но став участником проекта национального масштаба, неизбежно должен был привлечь к себе внимание посторонних.

Уже через несколько дней начались звонки из разных барбадосских газет. Мне приходилось иметь дело с журналистами в Нью-Йорке, и я выработал для себя некоторые правила общения с этой публикой. Репортеры, как правило, люди довольно поверхностные и легкомысленные, но с ними надо держать ухо востро. Если вы откажетесь говорить, они обязательно найдут кого-нибудь, кто нарасскажет им ерунды, и вам потом придется отмываться от всякого дерьма. Поэтому лучшая тактика — контролировать процесс. Постарайтесь задобрить этих писак, прикиньтесь их другом, с готовностью отвечайте на самые глупые вопросы и — хороший прием! — под видом эксклюзива шепотом сообщайте самые тривиальные вещи.

Мне позвонили примерно из полутора десятков газет, журналов, радиостанций и телеканалов. Всем я говорил примерно одно и то же. Рассказывал о литии (знания свои я в основном почерпнул из «Википедии»). Расписывал, чем проект хорош для экономики (рабочие места, налоги, экспорт) и для экологии (электрокары, уменьшение выбросов). Все вопросы, на которые не хотел отвечать или ответов на которые не знал, я объявлял коммерческой тайной. И тут же сладким голосом обещал полную информационную открытость, благодарил за внимание к нашей компании и предлагал, не колеблясь, звонить мне в любое время суток. Большинство собеседников проглатывали это все, не подавившись, и уходили вполне довольные. Но нашелся среди них один человек, который покусал меня за пятки. Это был Джон Колдуэлл из «Барбадосса кроникл», главной газеты острова. Его очень интересовало, чьи деньги вложены в проект. Я мямлил что-то про коммерческую тайну, но Колдуэлл снова и снова возвращался к этой теме и наконец не выдержал:

— Правда ли, мистер Винавер, что в «Конверс Литиум» вложены русские деньги? — спросил он.

«Черт возьми! — подумал я. — А этот откуда знает?» Но вслух сказал:

— С чего вы это взяли?

— На рынке ходят такие слухи.

— Мы не комментируем слухи, — важно заявил я, вспомнив виденное когда-то интервью руководителя Федеральной резервной системы.

— Тогда еще один вопрос, мистер Винавер. Почему вы?

— Что я?

— Почему вы возглавили компанию? Ведь у вас нет опыта работы в горной промышленности.

— Но у меня есть опыт ведения бизнеса, — пробормотал я.

— Кажется, не слишком успешный, — перебил меня репортер. — Ваша нью-йоркская компания обанкротилась, а бизнес на Барбадоссе тоже идет не очень хорошо.

«Он подготовился, — подумал я с уважением, — но ни в коем случае нельзя вступать с ним в спор по поводу моих неудач, ему это только и надо».

— Меня пригласили возглавить компанию «Конверс Литиум», потому что я хорошо знаю местные условия, — произнес я холодно.

— А известно ли вам, мистер Винавер, что лет шесть назад компания «Энроуз Энтерпрайз» из Техаса уже искала литий на Барбадоссе? — неожиданно переменил тему Колдуэлл.

Это было для меня новостью, чертов Вайс ничего такого мне не рассказывал.

— И что же? — спросил я.