Онлайн книга «Зуб мудрости»
|
— Сегодня вела себя хорошо?.. Умничка… Я наконец получил деньги, теперь можно не переживать… Я выпил, чувствуешь запах?.. Скоро закончу, потерпи еще чуть-чуть… Ай, какая умница, хорошая девочка… Когда наконец раздались звуки убираемого отсоса, она не выдержала и подошла ближе. Морщинки на лбу больной разгладились, на лице появилось спокойное выражение, почти улыбка. По обеим сторонам щек виднелись легкие ямочки. Внезапно она почувствовала, что больше не может оставаться в палате, схватила сумку и тихо сказала: — Я пошла. — М-м? – удивился он. – Ты уже поела? Давай я тебя угощу, перед тем как ты уйдешь… — Нет. – Она не решалась поднять на него глаза. – Я устала, хочу отдохнуть. — Ну… ладно. Не попрощавшись с полной женщиной, она поспешно вышла из палаты. Почти бежала к выходу из больницы, а он шел рядом, что-то говоря, но она не разбирала слов – в голове была лишь одна мысль: как можно скорее уйти. Он посадил ее в такси, крикнул что-то через стекло, а она, называя адрес водителю, лишь механически кивала: «Угу, угу…» Машина тронулась, и она не удержалась – обернулась. Как раз в этот момент он взбегал по больничным ступенькам, и его серая куртка мелькнула за бетонной колонной, прежде чем исчезнуть из виду. Она отвернулась и обмякла на заднем сиденье, ощущая невыразимую усталость. Она поняла, что теперь уже никогда не сможет быть с этим мужчиной. Из-за тех самых ямочек на щеках женщины. «Волна» Ван Баошуаня Апрель 1945 года. Весна в городе Сяшань в тот год наступила чуть раньше обычного. Но, как и ветви, торопливо покрывающиеся зеленью, воздух был наполнен ароматом тревоги и беспокойства. Если принюхаться, можно было уловить едва заметный запах пороха. Грохот артиллерийских обстрелов не умолкал уже несколько дней. И вот, в конце апреля, когда громовые раскаты становились все ближе, город пал – войска коммунистов хлынули в Сяшань, словно приливная волна. Казалось, за одну ночь улицы и переулки города заполонили красные флаги. Активисты и студентки днем и ночью вели агитацию, организовывали митинги, с утра до вечера звучали пламенные лозунги. Жители Сяшаня понимали: опять сменится власть. Ну и что? За столько лет они видели и милитаристов, и гоминьдановцев[21], и японцев, и снова гоминьдановцев – кому на самом деле принадлежит Поднебесная, простым людям было не разобрать. Хорошо хоть, что война закончилась, а солдаты коммунистов не грабят и не бьют народ. И ладно. Хлопоты, заботы, будничная суета – кто бы ни был у власти, жизнь продолжается. Вскоре шум и суета в Сяшане улеглись, все вернулось в привычное русло. Разве что появилась слабая надежда: поговаривали, что коммунисты – партия бедняков. Может, и вправду все теперь будет по-другому… Конечно, разница была. Богачи из города Сяньшань почти все сбежали еще до взятия города. Говорят, некоторые даже перебрались за море – на Тайвань. Оставшихся в городе можно было по пальцам пересчитать. Были и те, кто хотел бежать, но не успел – как, например, господин Гэн. В молодости он учился за границей, был образованным человеком и даже немного разбирался в коммунизме. Когда городская знать начала распродавать имущество, господин Гэн поначалу лишь презрительно фыркал. Но по мере того как война приближалась, а слухи множились, даже он побледнел, услышав разговоры про «обобществление жен и имущества». |