Книга Не засыпай, страница 117 – Меган Голдин

— Где я? И кто ты? – спрашиваю я.

Мужчина засовывает правую руку в карман куртки, будто доставая оружие. Я инстинктивно вздрагиваю, опасаясь, что он причинит мне боль. Он медленно вынимает руку и достает фото. Мы двое, обняв друг друга, смеемся в камеру. Я хвастаюсь сверкающим бриллиантовым кольцом на пальце.

— Это было снято в день, когда я сделал тебе предложение, Лив.

Я не могу вымолвить ни слова, завороженная выражением безмятежности на наших лицах.

— Почему я не помню тебя?

— Долгая история. Я все расскажу. Но сначала я должен вытащить тебя отсюда, Лив.

Он идет в спальню и снимает одежду с вешалок, бросая ее в спортивную сумку. Он кидает мне джинсы и кофту, и я быстро одеваюсь, пока он собирает вещи. Рядом с походным матрасом лежит телефон с треснутым экраном. Я засовываю его в задний карман джинсов и прикрываю длинным кардиганом с большими карманами.

Когда я, полностью одетая, выхожу из спальни в ботильонах на черных каблуках, он лихорадочно роется в беспорядке на журнальном столике в гостиной.

— Твой журнал, Лив. Где он?

— Какой журнал?

Я шокировано смотрю на стену гостиной.

— Что за…

Стена увешана фотографиями Эми и Марко и бессвязным ворохом вырезок из газет. Между заметками, написанными прямо на стене, нарисованы стрелки, указывающие в разных направлениях.

— Что это?

— Я объясню позже. Нам надо убираться отсюда. Ты в опасности. Я вернусь завтра, чтобы найти журнал и все, что тебе может понадобиться.

Он отпирает дверь и, приоткрыв ее, высовывает голову, чтобы посмотреть в коридор. Мы спешим по грязному, душному коридору, в котором пахнет сыростью и жирными кухонными испарениями. Вместо того чтобы подняться на лифте, мы бежим вверх на первый этаж по аварийной лестнице и выходим в переулок позади здания. Я направляюсь к улице, но он преграждает мне дорогу рукой.

— Подожди, – он делает шаг из переулка, чтобы проверить, что все чисто.

Он берет меня за руку и ведет к припаркованной дальше по улице серебристой машине, которую отпирает ключом с дистанционным управлением. Он бросает спортивную сумку в багажник и говорит мне забраться на заднее сиденье, лечь и не высовываться. Он включает зажигание еще до того, как пристегивается.

— Лежи, Лив, – он оглядывается на меня. – Я все объясню в безопасном месте.

Среда, 19:21

Уличные фонари отбрасывали теплый свет, когда Джек Лавель припарковал свою машину напротив здания в Бруклине, где раньше жили Лив Риз и Эми Декер.

Лавель и Хэллидей откинулись на спинки своих сидений и наблюдали за подсвеченными сзади силуэтами пары, которая теперь жила в квартире. Они двигались перед задернутыми оконными шторам, как куклы в театре теней, и готовили ужин. Уличная дверь в здание, расположенная под кухонными окнами, была закрыта и пребывала в вечернем полумраке.

Лив Риз приходила сюда ранним утром, твердо веря, что она все еще здесь живет. Были все шансы, что она вернется снова, если заснет и проснется, не помня о том, что произошло за последние два года.

— Она как будто проживает один и тот же день снова и снова, – сказала Хэллидей. – Каждое утро она просыпается, думая, что ее жизнь такая же, как и два года назад, до того, как ее чуть не убили.

— Мне было бы ее жаль, если бы я не думал, что она убила Теда Коула, – прокомментировал Лавель.