Книга Ночное плавание, страница 87 – Меган Голдин

Я лично не встречалась с К. Она присутствовала в суде, чтобы выслушать вступительную речь прокурора Митча Элкинса. Ее поддерживали родители и социальный работник. Она выглядела хрупкой. Сломленной.

Как вы уже знаете, я не могу назвать вам ее имя, поскольку не стану раскрывать имя жертвы сексуального насилия в этом подкасте. Но я могу рассказать, что до прошлого октября она была счастливой, уравновешенной шестнадцатилетней девочкой. У нее были друзья, она прилежно училась в школе и, конечно, развлекалась. Почему девушка должна извиняться за то, что веселится?

Чем больше я узнаю, что значит быть жертвой в деле об изнасиловании, тем больше понимаю, какое мужество проявила К., решив пройти этот мучительный путь.

Во-первых, ей пришлось выдержать сбор образцов. Я отправилась в местную больницу, чтобы узнать, как проходит осмотр после изнасилования. Это процесс, который может занять несколько часов. С жертвой обращаются как с живым местом преступления. Вот только улики, которые нужно собрать, находятся на жертве или в ней. Это смущает, инвазивно и унизительно. Некоторые эксперты говорят, что это закрепляет чувство травмы, беспомощности, которое испытывают жертвы изнасилования. Некоторые жертвы говорят, что осмотр после изнасилования может быть таким же травматичным, как и само изнасилование.

Медсестра или врач осматривают каждый квадратный дюйм кожи, фотографируют каждую ссадину и синяк. Процедура включает расчесывание лобковых волос и их взятие для сравнения. Она включает фотографирование изнутри и снаружи. И эти фотографии становятся уликами, которые внимательно изучает множество чужих людей.

Дело в том, что, хотя наборы для образцов используют для сбора доказательств предполагаемого сексуального насилия, таких как сперма и лобковые волосы преступника, они редко дают неопровержимое доказательство согласия. В случае изнасилования незнакомцем это не является проблемой во время суда. Само собой разумеется, что жертва не давала согласия на секс с жестоким незнакомцем.

В случае же, подобном произошедшему в Неаполисе, когда предполагаемая жертва знакома с предполагаемым преступником – полагаю, за неимением лучшего слова это можно было бы назвать делом об изнасиловании на свидании – недостаточно просто показать, что половой акт имел место, чтобы исключить все сомнения. Обвинение должно доказать, что жертва не давала согласия. Это сложно, когда речь идет о его слове против ее слова.

За последние несколько дней в суде два харизматичных юриста по уголовным делам встретились в своего рода судебной дуэли. Обвинение – Митчелл Элкинс. Устрашающий, полный гнева. Защита – Дейл Куинн. По-мальчишески красивый. Обаятельный. Рожденный с хорошо подвешенным языком.

Скотт Блэр, обвиняемый, тоже присутствовал, слушал обвинения против себя. Он напряжен. Нервничает. То, что произойдет в этом зале суда в ближайшие дни, определит ход его жизни и его свободу.

Присяжные торжественно заседают в суде каждый день. Эти двенадцать простых людей решат, останется ли Скотт Блэр на свободе или отправится в тюрьму. Так работает система уголовного правосудия. Виновен или невиновен. Его слово против ее слова. Вы вынесете решение дома. Но именно решение присяжных будет иметь значение.

Меня зовут Рэйчел Кролл, и это подкаст «Виновен или нет», который переносит вас на скамью присяжных.