Книга Разорванный круг, или Ступени возмездия, страница 67 – Ольга Аверина, Юлия Аверина

Уже в кабинете, собирая в коробку из-под бумаги свои нехитрые пожитки, Петрос сжимал кулаки в бессильной злобе и с ненавистью шептал:

«Даже не надейся, что тебе все так легко сойдет с рук! Никто не имеет права унижать Петроса Ованесяна».

Оставшись один, Борецкий достал из бара чуть начатую бутылку «Хеннесси». Обычно он никогда не пил в первой половине дня, но сегодня несколько глотков коньяка были ему жизненно необходимы. Александр прекрасно понимал, что, уволив Ованесяна, просто дал выход эмоциям, но отнюдь не решил проблему до конца.

В это же утро на другом конце города состоялся еще один важный разговор. Дорога из дома до нового района на север Москвы заняла у Устюгова почти три часа. Когда Михаил наконец-то перешагнул порог квартиры Чижиковых, он был злым, сильно усталым и мечтал только об одном, скорее сорвать на ком-нибудь свое давно копившееся раздражение.

— Почему вы в нормальном месте коттедж не купили, а забрались куда-то к черту на куличики? — зло бросил он Элле, которая вышла поздороваться. — Легче в другой город съездить, чем до вас добраться.

— И тебе, Миш, доброе утро, — улыбнулась бывшему мужу Элеонора.

Надо заметить, что вторая беременность ничуть не испортила госпожу Чижикову. Она лишь слегка раздалась в бедрах, да пара-тройка лишних килограммов залегли на когда-то осиной талии. Однако грудь пятого размера по-прежнему приковывала взгляды мужчин и будила в них эротические фантазии. В связи с приездом Устюгова Элеоноре и в голову не пришло переодеться в более строгий наряд, Михаила она, как и раньше, считала родственником. Поэтому встречать экс-супруга вышла почти в прозрачном, чуть доходящем до колен халатике. Вырез его был настолько откровенным, что Михаил без особых усилий смог разглядеть все прелести бывшей жены, лишь слегка прикрытые воздушными оборками. Невольно заглядевшись на Элеонору, Устюгов чересчур долго задержался в коридоре и вдруг поймал на себе насмешливый взгляд Эдика, который давно уже вышел из кухни и с интересом наблюдал представшую перед ним картину.

— Что, Элкиными прелестями залюбовался? — ухмыляясь, спросил он смутившегося Михаила и, притянув жену к себе, по-хозяйски примостил огромную пятерню прямо в вырез ее легкомысленного халатика. — Здесь есть на что посмотреть, только ты особо-то слюни не распускай, тут тебе без мазы! Понятно изъясняюсь?

— Вполне, — нервно сглотнул Устюгов, ругая себя за минутную слабость и потерю контроля.

— Ладно вам, мальчики, ерунду болтать, — гладкие щечки Элеоноры покрылись легким румянцем, она кокетливо хихикнула и шутя оттолкнула мужа. — Михаил Витальевич у нас человек серьезный, о всяких глупостях не думает.

— Знаю я этих серьезных, — пробасил Эдик, — подталкивая жену в сторону кухни. Иди ребенка корми, слышишь, плачет уже! Да переоденься потом, чужие в доме, нечего в неглиже ходить. — И, дождавшись пока за женой закроется дверь, бросил Устюгову: — Пошли в кабинет, там нас никто не потревожит.

Кабинет Эдуарда Чижикова был обставлен со всей подобающей роскошью. Дорогие портьеры на окнах, персидский ковер на полу, массивный стол с инкрустацией, изготовленный на заказ известным английским мастером, и высокое, смахивающее на трон кожаное кресло. Роскошь этой комнаты была слишком вычурной и прямо с порога бросалась в глаза. Так Эдуард Чижиков, выросший в бедной рабочей семье, доказывал всем окружающим, а в первую очередь самому себе, что теперь тоже относится к избранному сословию буржуазии и может позволить себе практически все, что можно купить за деньги. Костюмы от «Гуччи», массивные золотые часы «Ролекс», BMW–760 — он очень трепетно относился ко всем неотъемлемым атрибутам красивой жизни. Эдуард испытывал истинное наслаждение, окружая себя дорогими вещами, и, надо сказать, вполне мог себе это позволить. Удачно продав свой пластмассовый заводик, Эдик, без сомнения обладающий деловой хваткой и природным чутьем, вложил все полученные средства в строительство жилья и офисных помещений и ни разу не пожалел о содеянном. На тот момент строительство оказалось именно той сферой деятельности, где при минимальном контроле со стороны государства можно было проворачивать неплохие аферы. Уже через пару лет Эдуард утроил свой первоначальный капитал и не собирался останавливаться на достигнутом. Но как говорят умные люди, «денег много не бывает», и поэтому, когда бывший муж его законной супруги обратился к нему с заманчивым предложением, Чижиков не стал отказываться.