Книга Берег суровых штормов, страница 85 – Сергей Иванович Зверев

— Пойми, сержант, – начал убеждать филиппинца Давыдов, – это же очень важно. Не для нас, а для вас, вот для этих рыбаков, для других людей… Мы не сможем туда попасть без твоего катера.

Максимов повернулся за спиной филиппинца и сделал хмурое лицо, указывая то на катер, то на сержанта. Он предлагал применить силу и забрать катер. Хуже не будет. Но Макаланг вдруг поднял руку и хлопнул себя ладонью по груди.

— Не могу. Я должен идти с вами и отвечать за катер. Если нужно, я буду прикрывать вас из пулемета. Если нужно, сойду с вами на берег, чтобы догонять террористов. Я сержант, я не офицер, но я все равно командир.

Давыдов, открыв было рот, чтобы снова убеждать филиппинца, так и остался стоять, глядя, как у этого невысокого крепыша горят глаза от готовности идти и рисковать жизнью, даже погибнуть, наверное. Андрей сокрушенно покачал головой. Недооценили парня, плохо подумали, а он ведь герой. И судя по тому, что он в своей армии стал сержантом, трусом он не был, и солдатом он был хорошим. И Андрей сказал то, что и должен был сказать:

— Я и не сомневался, что ты пойдешь с нами, сержант. Как же иначе? Ребята, всем на борт! Илья, рацию к работе.

Море успокоилось, и катер береговой охраны летел по водной глади свободно и почти не подскакивая. Максимов убирал рацию в чехол, чтобы снова повесить себе на спину. Давыдов все чаще посматривал на часы. Только что он связался с береговой охраной и сообщил о своем намерении добраться до острова Дохо. И просил сообщить американцам, чтобы выслали подмогу. По оперативным данным, террористы находятся именно там. Диспетчер настоятельно просил вернуться в порт и не привлекать катер к операции, но Давыдов сделал вид, что связь плохая и он ничего не слышит. Глупый, избитый детективный прием из книжки или плохого фильма. Но сейчас это единственный способ получить катер, еще одного бойца и… пулемет. ПК с четырьмя лентами – это вам не шутка.

Скоро покажется остров и придется маневрировать, искать удобное место, чтобы высадиться. А заодно и планировать операцию по поиску террористов. Андрей опять вспомнил своего отца. Старый моряк, который все еще исповедовал романтику морского плавания, морского боя и дружбы народов. И часто, когда они собирались с бывшими сослуживцами, то тосты поднимались в том числе и за боевое братство между солдатами всех стран и народов.

Андрей, которому его служба исчислялась не пройденными морскими милями, а километрами степей, лесов, пусть и джунглей. Своих и чужих. Его служба часто заставляла сталкиваться не только с врагами, но и с солдатами разных стран. Что он видел, какое отношение? Настороженность, недоверие. Нет, не всех, конечно, но европейские военные, солдаты армии США, эти были как будто накачаны всем антисоветским, антирусским. В голове все время сидел один посыл, вбитый им в голову – «сдерживание Советского Союза»! И все время Андрей не мог понять, а от чего его нужно сдерживать? СССР никогда и ни на кого не нападал, всюду, где появлялись наши граждане, они что-то отдавали, а не брали. В прошлом году замполит Власьев объяснил Андрею, что все это «сдерживание» относится прежде всего к экономике. Война – это большие деньги и большая выгода для некоторых. А остальные просто воюют за предложенную им идею. Сдерживание Советского Союза – это прежде всего внешнее искусственное сдерживание его развития, его экономики, ущемление во внешнеполитических вопросах, вопросах международной торговли. Вот и все. А придумают под эту идею сдерживания все что угодно, хоть несуществующие планы СССР напасть на Европу и поработить ее, завладеть ресурсами. Андрей, замполит, смотрел в глаза майору. Ты где в Европе видел ресурсы? Зачем завоевывать, а потом кормить? У нас своих пруд пруди, у нас есть кого кормить и на что тратить свои. Век бы ее не видеть – эту войну. Хоть мы с тобой и погоны носим.