Книга Берег суровых штормов, страница 88 – Сергей Иванович Зверев

Началась бешеная погоня. Катер диверсантов, более легкий и маневренный, петлял между корнями, пытаясь оторваться. Макаланг, стиснув зубы, повторял его зигзаги, почти касаясь бортами скользких стволов. Листовой видел, как один из террористов в кабине что-то яростно крушит прикладом автомата, вероятно рацию.

— Тарань его! – скомандовал Листовой.

Макаланг, не раздумывая, резко вывернул штурвал. Нос филиппинского катера с глухим ударом пришелся в борт противника. Раздался треск ломающегося дерева. Преследуемый катер резко накренился, его мотор заглох.

Двое оставшихся на борту диверсантов – араб и высокий мужчина с курчавыми волосами и шрамом у левого глаза – с перекошенными от ярости лицами попытались открыть огонь, но Листовой был быстрее. Заставив филиппинца пригнуться, Пашка бросился от одного борта к другому, стреляя короткими очередями. Кучерявый вдруг выхватил откуда-то ручной гранатомет и поднял его над бортом, поворачиваясь к русскому. Ждать больше было нельзя, и Листовой свалил его очередью. Второй бандит вскочил в полный рост, дал очередь из своего автомата, и тут его оружие замолчало. Араб дергал затвор, дергал, но оружие не стреляло. Листовой, выругавшись, бросился вперед и мгновенно перескочил из своего катера на катер террористов. Он выбил автомат из рук террориста и сильным ударом свалил его на дно катера. Араб хрипел и шевелился, а Листовой уже содрал с его головы платок и стягивал им руки за спиной противника.

— Говоришь по-английски? По глазам вижу, что говоришь! Где ампулы? Отвечай, или утоплю, акулам скормлю.

По тому, как араб смотрел на мертвого товарища, так и не сумевшего выстрелить из гранатомета, Листовой понял, что он только что убил главаря этой банды, который хотел бросить своих людей на острове и скрыться. Понял, что бесполезно скрываться, прятаться. «Какой же я неуклюжий, – с горечью подумал Пашка. – Как мне перед Андреем теперь оправдываться?» В его глазах было столько злости на себя и решимости довести дело до конца, что араб все понял, и, когда Листовой приставил к его горлу ствол автомата, пахнувший сгоревшим порохом, он заерзал, заскулил и стал кивать в сторону дверцы возле рулевого колеса.

В маленькой каюте стояли те самые две канистры. Пашка достал одну, отвинтил крышку и увидел на дне ее небольшой контейнер. Перетащив канистры на свой катер, он уложил туда же на пол связанного араба. Макаланг отвел катер от судна террористов, и Листовой поднял РПГ, из которого не успел выстрелить Хаким. Грохот, дым, и обломки катера разлетелись во все стороны, с шипением падая в воду.

— Разворачивай!

…На берегу для Давыдова и Максимова наступала развязка. Единственное, на что они могли рассчитывать, что Пашка успеет добраться до цели, выполнит задание. Ну а они, насколько смогут, настолько и оттянут свою гибель. А заодно свяжут боем и эту толпу террористов. Отбиваясь на почти открытом пространстве, они быстро израсходовали свои боеприпасы. Стрелять приходилось лежа, и даже попытка перевернуться на бок или на спину вызывала шквал огня. Единственная безопасная поза была лежа на животе. Магазины в тактических рюкзаках были, но враг не давал возможности перезарядить оружие. Автоматы опустели, и спецназовцы вытащили пистолеты. Два «стечкина» и по две обоймы у каждого – это еще не конец боя!