Книга Станция расплаты, страница 40 – Валерий Шарапов

Уговаривать себя Дармоед не заставил, перемахнул через ограждение, взял обещанную сигарету, бережно размял в заскорузлых руках и сунул в рот. Не спрашивая, выхватил из рук Гудко спичечный коробок, достал спичку и, чиркнув о шершавое ребро, прикурил. Отдавая коробок, он поинтересовался:

— А вы, стало быть, уголовное начальство. С преступностью боретесь?

— До начальства мне далеко, — Гудко не стал преувеличивать свои заслуги, — но по мере возможности стараюсь бороться.

— К нам насчет почтового?

— Насчет него, — подтвердил Гудко.

— На Ленинградском уже были? — вопрос этот Дармоед задал так обыденно, у оперативника даже мысли не возникло, что благодаря этому вопросу расследование перейдет на очередной виток.

— Имеете в виду Ленинградский вокзал? — Гудко удивленно приподнял брови.

— Ну да, — Дармоед затянулся и, кивнув, выпустил клуб дыма прямо в лицо лейтенанту.

— Не был и не планировал, — Гудко помахал рукой, разгоняя дым.

— Странно, — протянул Дармоед, но больше ничего не добавил.

— Что в этом странного? — вопрос задал Фрол, и вид у него при этом, по мнению Гудко, был слишком настороженным.

— Да как же, — Дармоед аж сигарету опустил. — Там ведь «международка». Пашков оттуда целую тонну груза получил. Рассуждая логически, можно сделать предположение: мародеры те на навар от «международки» рассчитывали, а как они могли узнать о характере перевозок, если не от почтовых работников с «международки»? Точнее сказать, работниц…

— Что?! — Гудко чуть на месте не подскочил: и как такая простая мысль не пришла ему в голову? Как не пришла никому из отдела? Ведь верно! Международный почтамт располагался недалеко от Ленинградского вокзала, а он, в свою очередь, стоит на Комсомольской площади, рядом с Ярославским вокзалом.

— Утечка, говорю, могла произойти от сотрудников Международного почтамта. У нас ребята поговаривают, что вагон вез посылки из Болгарии, Польши и ГДР, а там, сами знаете, есть чем поживиться.

— Откуда у вас такие сведения? — с нажимом на слове «у вас», спросил Гудко.

— Так люди говорят, а я слушаю.

— Давай-ка, Дармоед, присядь поудобнее и расскажи товарищу милиционеру все, что слышал об этой самой утечке, — Фрол тяжелой рукой пригвоздил мужичка к скамейке. — Человеку надо помочь, ты меня понимаешь?

— Пусть слушает, коли охота, — легко согласился Дармоед и протянул руку за очередной сигаретой.

Гудко достал из нагрудного кармана пачку «Космоса» и выложил на скамью. К пачке сразу потянулись руки, и не только Дармоеда. Спустя двадцать минут рассказ был окончен, пачка опустела, а старший лейтенант Гудко с возрожденной надеждой и кучей ценных советов от короля логики Дармоеда мчался к зданию Международного почтамта.

На почтамте Гудко первым делом переговорил с начальницей. Дородная седеющая дама с рассыпающимися буклями на голове приняла оперативника благосклонно, но как только речь зашла об утечке информации о поступающих отправлениях, категорически замотала головой и напрочь отмела подобное предположение.

— Молодой человек, у нас государственная организация! Сюда отбор серьезнее, чем на олимпийские соревнования! Случайных людей у нас здесь просто нет и быть не может.

— Вы так уверены в своих сотрудниках, что готовы подтвердить их безупречность под присягой в суде? — расстроившись, выдал оперативник.