Книга Тени над Ялтой, страница 61 – Валерий Шарапов

— Курсы по восстановлению доверия в семье, — ответил Никитин. — Будешь учиться доверять мужу.

Варя ударила его по груди. Слабо, но от всего сердца. Прижалась к нему щекой, разрыдалась.

— Ну что мне еще сделать, чтобы ты простил меня? Я тебе… я тебе доверяю. Просто я очень, очень люблю тебя.

— Ребята, вы меня до слез доведете, — признался Кочкин, кидая в костер пустые ракушки.

— Потом, — Никитин обнял жену. — Потом ты все поймешь. К тому же под крылом профессора вы с Машей будете в безопасности.

Варя всхлипнула и произнесла тихо:

— Я боюсь. Боюсь за тебя.

— Все будет хорошо, — Никитин гладил ее по волосам. — Обещаю.

Кочкин сидел у костра, смотрел в огонь и больше не вмешивался. А Никитины еще долго стояли, обнявшись, под звездным небом. Костер догорал. Море засыпало. Эмоциональное напряжение спало. Наступила пустота. Тишина. И усталость.

Никитин вошел в кабинет следователя ровно в девять утра. Платаний сидел за столом, курил, просматривал бумаги. Поднял глаза, улыбнулся холодно.

— А, товарищ Никитин. Проходите, присаживайтесь.

Никитин сел. Лицо спокойное, руки на коленях. Только скулы напряжены.

Платаний затушил папиросу, достал из папки лист бумаги. Развернул, начал читать:

— «Постановление о привлечении в качестве подозреваемого. В действиях Никитина Аркадия Петровича, двадцать второго октября тысяча девятьсот тринадцатого года рождения, временно проживающего по адресу: город Ялта, Рыбацкий поселок, строение два, усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного статьей сто два Уголовного кодекса РСФСР — умышленное убийство, совершенного восемнадцатого сентября тысяча девятьсот пятидесятого года примерно в одиннадцать часов утра по адресу: город Ялта, улица Чехова, палисадник недалеко от дома номер три, а также статьей сто сорок четыре — кража…»

— Не читай эту ерунду, — перебил Никитин. — Неинтересно.

Платаний поднял глаза, усмехнулся.

— Это не ерунда, товарищ Никитин. Это официальный документ.

Он продолжил, произнося слова медленно, четко:

— «На основании статьи сто сорок три Уголовно-процессуального кодекса РСФСР следователь Платаний постановил: привлечь Никитина Аркадия Петровича в качестве подозреваемого по указанным уголовным делам».

Платаний отложил бумагу, посмотрел на Никитина.

— Вы имеете право пользоваться помощью адвоката. Имеете право отказаться от дачи показаний. Имеете право заявить ходатайства. Все понятно?

Никитин молчал. Смотрел на Платания тяжело, не моргая.

— Подпишите здесь, — Платаний протянул ему ручку, ткнул пальцем в нижнюю строку постановления. — Что ознакомлены.

Никитин взял постановление, перечитал. Потом положил на стол обратно. Достал из кармана платок, высморкался. Ручку не взял. Посмотрел на Платания с усмешкой.

— Знаешь, коллега, я тоже пишу постановления. Уже восемь лет. И скажу по секрету: когда хочешь кого-то подставить, нужно хотя бы постараться, чтобы это не бросалось в глаза. А у тебя тут… — Никитин постучал пальцем по бумаге, — детский сад какой-то. Амулет, который «случайно» нашли у меня. Свидетельница, которая «случайно» подтвердила, что он был на убитом. Все так удобно сложилось, правда? Будто кто-то заранее все продумал.

Он откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди.

— Так что подписывать эту халтуру я не буду. Отказываюсь. Пусть в деле будет записано, что московский следователь посмеялся над местной самодеятельностью.