Книга Тени над Ялтой, страница 51 – Валерий Шарапов

И тут парень медленно сунул руку в карман брюк.

Никитин напрягся. Он был готов к броску. К молниеносному удару. К защите.

Что там, в кармане? Пистолет? Нож? Та самая финка, которой были зарезаны Микитович и Стеклов?

Рука двигалась медленно, нарочито медленно. Молодой человек смотрел Никитину в глаза. Улыбался. Холодно, жестоко. Жизнь отсчитывала секунды.

— Ты уверен? — тихо спросил его Никитин.

— Уверен, — также тихо ответил парень.

Его рука показалась из кармана…

Парень достал из кармана платок. Белый, чистый, аккуратно сложенный. Протянул брюнетке.

— Вытрись! У тебя тушь потекла.

Напряжение резко спало. Никитин выдохнул, даже не заметив, что долго задерживал дыхание. Больная нога вдруг нестерпимо заныла. Он оперся рукой об ограду.

Брюнетка взяла платок, вытерла под глазами. Парень обнял ее за плечи, отвел в сторону, что-то сказал ей тихо, успокаивая. Никитин стоял и смотрел на молодых людей. Чувствовал себя идиотом. Ошибся. Это не убийца. Просто парень защитил девушку от пьяного хама.

Он подошел к ним, откашлялся.

— Простите. Ошибочка вышла. Я не хотел обидеть. Слишком много выпил, видимо.

Парень посмотрел на него холодно.

— Проваливайте. И больше к девушкам не лезьте.

— Не буду. Извините еще раз.

Никитин развернулся, пошел прочь. Молодые люди обнялись, пошли на танцплощадку. Оркестр играл что-то лирическое, медленное.

Никитин вернулся в кафе, в котором сидел раньше. Оставил на столе деньги. Пошел к выходу.

И тут его остановили двое милиционеров. Молодые, в форме, с кобурами на поясах. Смотрели на Никитина строго.

— Гражданин, ваши документы.

Никитин достал паспорт, протянул. Милиционер пролистал, посмотрел на фотографию, на Никитина.

— Из Москвы?

— Да.

— Что делаете в Ялте?

— Отдыхаю.

— Похоже, слишком активно отдыхаете, — милиционер усмехнулся. — Девушек пугаете.

— Извините. Больше не буду.

Милиционер вернул паспорт, но не отпустил.

— Подождите здесь.

Он отошел, что-то сказал напарнику вполголоса. Тот достал блокнот, карандаш. И тут из кафе выбежала официантка. Молодая, в белом фартуке. Запыхалась. Слишком запыхалась для человека, пробежавшего всего несколько метров. Глаза ее бегали, но не встречались со взглядом Никитина. Улыбка натянутая, неестественная.

— Гражданин! Гражданин, вы забыли на своем столике!

Она протянула медальон на цепочке. Медный или бронзовый, размером и формой напоминающий каштан. С гравировкой на поверхности.

Никитин посмотрел на него, нахмурился.

— Это не мое.

— Но он лежал на вашем столе! — Официантка настаивала. — Вы его забыли!

— Я ничего не забывал.

— Но…

Милиционеры переглянулись. Один из них взял медальон, повертел в руках. Посмотрел на Никитина.

— Вы уверены, что это не ваше?

— Абсолютно.

— Давайте пройдемте в отделение. Там разберемся.

— Зачем в отделение? Я же сказал, это не мое!

— Пройдемте, — милиционер повторил жестче. — Добровольно или нет — ваш выбор.

Никитин стиснул зубы, вполголоса выругался. Бесполезно спорить.

Его повели по набережной. Никитин шел между двумя милиционерами, чувствуя себя преступником. Встречные люди оглядывались, шептались.

Четверть часа спустя его ввели в душный и прокуренный кабинет. За столом сидел Платаний. Усталый, небритый. Курил, прихлебывал чай и смотрел в окно одновременно.