Книга Роскошная изнанка, страница 100 – Валерий Шарапов

— Это тогда, когда Демидов приходил скандалить, – предположил Андрюха.

— Возможно, и раньше, – поправил Олег. – То, что слышали баба Женя с Альбертиком – это уже последние разборки были. В любом случае Раиска сказала, что пыталась взять Ритку на понт: выплачивай десять кусков, иначе выписываем тебя с квартиры и Ваня заявит в ментуру, что ты мошенница.

— Хороша, – одобрил Денискин.

— Не то слово. Только Ритка плюнула ей под ноги и послала. Раиска снова дернула Светку, а той уже это все порядком надоело.

— Да и Раиска перевелась уже из Дзержинского суда, дружить с ней стало незачем, – добавил Андрюха.

— Вот-вот. А может, по злобе, какой-нибудь жирный карась перекинулся к Маргарите, все-таки Светка эта против нее – бледная немочь…

— Ну это дело вкуса, – поддел Денискин, – кто-то арбуз любит, кто-то – свиной хрящик.

— Засчитано, – отметил Олег, – в общем, Светка пожаловалась шмаровозу Боре, а тот – своему братцу Глебу.

— Он же мент, – зачем-то напомнил Денискин.

— Ну мент. Тот тоже жениться собирался, деньги нужны, из общаги выбраться. Вот и сговорились со Светкой за три с половиной куска – стандартная кооперативная однушка.

— Маргариту убить? – недоверчиво уточнил Андрюха. – Не по любви, не по ревности, а за три с половиной?

— За три. С половиной, – внушительно подчеркнул Заверин, – и это первый взнос в какой-нибудь ментовский уже кооператив. Кикимора ты болотная, сразу видно, что ты не москвич и тебе есть где жить.

— Все так, – подтвердил Андрей, – ну а главное-то?

— Да ничего особенного. Светка позвонила Маргарите, типа помириться, попутно рекомендовала ей Глебушку – вот ваш, ставропольский, и даже из какой-то там близлежащей станицы. При обыске у него в общаге нашли путеводитель по Минводам – приготовился, такой умница. Ну дальше ясно: Магура-младший завалился к Маргарите, ну там, винишко-коньячок, беседа под сладкий лепет телевизора, а потом, улучив момент, зашел сзади и придушил.

— Видать, привычный, – мрачно заметил Андрюха.

— А он вообще мальчик старательный и весьма хладнокровный, – в тон поддакнул Заверин, – что я, что Яковлев приметили потом лишь на ковре следок, может, нога в агонии поехала, и каблук чуть повредил ворс. Но так-то очень тщательно все следы уничтожены – все перемыл, перетер.

— Но с толчком-то?

— А пес его знает? Может, решил – и так ясно, какого рода тут проживает особа, никто не заметит.

— Телевизор зачем оставил включенным?

— Вот это не понял, а он мямлил что-то, – признался Олег. – Может, ум за разум у него зашел, все-таки человека придушить – не самое обычное дело. Или рассчитывал, что пожар получится, для дополнительного сокрытия. В общем, упаковал тело в покрывало, потом в твою мешковину…

— Значит, все-таки при чем мешок, а? – поддел Денискин.

Заверин изобразил, что хочет дать подзатыльник:

— Не смейся над старшими, голова заболит. Ты молодец, молодец, все-таки наблюдательный. Беру все свои слова обратно. Как стемнело, подвалил Магура-старший, замотав перед этим шашечки на крыше чем-то темным, чтобы не так бросалось в глаза…

— Поэтому ни мальчишка, ни бабуля не увидели! – подхватил Андрюха.

— Жаль, что номер не запомнил, – заметил Заверин, и Андрюха засмущался. – В следующий раз записывай все услышанное от свидетелей. Память памятью, а сам видишь.