Онлайн книга «Золотой удар»
|
После выяснения личностей задержанных были выяснены и их настоящие имена. Прокуратура города, подключившаяся к делу, работала не покладая рук. Как выяснилось, Птаха, он же Анатолий Соловьев, уже два года находился в розыске по подозрению в ограблении и убийстве одного московского ювелира и его жены. Дуплет, оказавшийся Леонидом Жбановым, также был объектом, разыскиваемым московским ОББ. За этим человеком Анжуйца тянулась целая цепь нераскрытых преступлений: ограбление кассы Измайловской ткацко-прядильной фабрики и покушение на убийство ее кассира. Кроме того, Дуплет подозревался в убийстве вора в законе Вовы Лютика, что-то не поделившего с Анжуйцем. Также Жбанов-Дуплет фигурировал еще в нескольких нераскрытых эпизодах, связанных с квартирными кражами и налетом на продторг в Марьиной Роще. Таким образом, информация, добытая Зверевым об этих двоих, вызвала настоящий фурор. Прокуратура ликовала и потирала руки. Доклады в главк и в Москву следовали один за другим. Корнев снова перестал пить таблетки и чувствовал себя посвежевшим. Однако Мария и Веня на фоне всего этого пребывали в унынии. Главная часть задания по-прежнему была не выполнена: таинственный Бубон все так же был недосягаем, его подпольная типография тоже нигде не мелькала, но самым страшным для Марии и Вени стало то, что после задержания Птахи и Дуплета Зверев снова куда-то пропал. Глава пятая Отдежурив сутки в опергруппе, Веня уснул в кабинете уже под утро, потому что почти ночь провел на железнодорожном вокзале, где у какого-то отставшего от поезда старичка кто-то украл паспорт и бумажник. Всю ночь он опрашивал свидетелей, беседовал с работниками железной дороги, пока наконец не объявилась женщина, которая принесла потерянные бумажник и паспорт, сообщив, что пострадавший просто-напросто оставил свою пропажу в телефонной будке. Злой от потраченного времени и уставший, Веня вернулся в отдел. Другие члены опергруппы тоже разбрелись по своим кабинетам в ожидании новых вызовов. Попав наконец-то в свой кабинет, Веня съел пару бутербродов, не заморачиваясь чаями, а просто запив их водой, плюхнулся на кушетку и уснул. * * * Телефонная трель ударила по ушам, Веня вздрогнул и тут же схватил трубку: — Оперативный… Костин… Слушаю!!! — Межгород! Соединяю… – послышался в трубке гнусавый голосок женщины-оператора. Что-то хрустнуло, потом щелкнуло, потом в трубке раздался непонятный гул, и лишь после этого Веня наконец-то услышал голос собеседника. — О! Это ты? Дежуришь? Не спишь? Это хорошо! – проговорил Зверев. — Что хорошо? Что дежурю или что не сплю? — И то и другое! Другому бы пришлось долго объяснять, а ты меня, Вениамин, обычно с полуслова понимаешь. А посему давай к делу. Бери свою опергруппу и дуй в село Жо́хино на почтамт. — На главпочтамт? И зачем? Будем марки к конвертам клеить? — Будешь много свистеть, Венечка, я тебе не марку, а перцовый пластырь на рот приклею! У нас очередной труп. Догадываешься чей? Веня сглотнул: — Догадываюсь! — Тогда жду вас с «дежуркой» на главпочтамте. Захва́тите меня, и поедем к месту происшествия. И еще… – Зверев сделал паузу. – Постарайся захватить с собой Машу, скажи ей, что мне есть что ей рассказать. * * * Для того чтобы собрать опергруппу и усадить всех в машину, Вене понадобилось примерно полчаса. Марию долго искать не пришлось. Когда опергруппа с Марией Волгиной в придачу прибыла на почтамт села Жохино, солнце уже светило. |