Книга След на кабаньей тропе, страница 45 – Валерий Шарапов

Спустя минут десять к Звереву подошел Логвин со своим Бармалеем, так как они лазили по кустам, то оба изрядно промокли.

— Ну что, Василич, мы греться, – заявил Гена. – Труп, судя по всему, лежит уже давно, так что от моего пса, сам понимаешь, толку не будет.

— Понимаю, грейтесь.

Спустя еще минут двадцать Мокришин, Горохов и Ломтев влезли в автобус. Леня доложил, что дело сделано. Санитары погрузили тело и уехали. Вслед за ними автобус псковского Управления милиции тоже, развернувшись, покатил по грунтовке в сторону Славковичей.

Когда Зверев вышел из автобуса и направился к дому, дождь совсем перестал, но холодный пронизывающий ветер все же заставил майора поднять ворот плаща и съежиться. Павел Васильевич открыл калитку, прошелся по прибитой дождем песчаной дорожке и тут же был облаян мохнатой здоровенной дворнягой, метавшейся у будки на цепи. Зверев поднялся на крыльцо, дверь открылась, и на пороге появилась хозяйка. На вид жене убитого участкового было лет тридцать пять; высокая, голубоглазая; чуть вытянутое лицо, довольно милое, хоть и слегка простоватое, как у большинства деревенских женщин средней полосы. На ней было надето простенькое ситцевое платье и передник, утягивающий тонкую талию; в ушах янтарные серьги; простенькие стеклянные бусы и медный нательный крестик висели на шее. Косметикой Антонина Пчелкина не пользовалась, но, как тут же отметил Зверев про себя, она в ней и не нуждалась. Одного только взгляда, брошенного на Антонину, было достаточно, чтобы понять, почему именно на эту деревенскую красавицу в свое время Войнов и Пчелкин положили глаз.

— Вы ведь из Пскова? – довольно сурово поинтересовалась Антонина.

Зверев кивнул.

— Майор Зверев. Можно войти?

Женщина отступила, пропуская гостя в дом.

— Значит, вы нашли его?

Щека Зверева дернулась.

— Вы про мужа?

— А про кого же?

— Он убит.

Антонина задержала дыхание, помотала головой и несколько ошалело рассмеялась. Зверев почувствовал себя неуютно. Эта женщина определенно была красива, но Павел Васильевич не мог понять, что же в ней не так? Что-то в этой женщине одновременно восхищало Зверева, а что-то отталкивало. Вот только он никак не мог понять, что именно.

Антонина Пчелкина тоже какое-то время изучала гостя, потом, словно опомнившись, резко сказала:

— Проходите, и я вас попрошу не задавать все ваши вопросы при сыне.

Они вошли в комнату, Зверев увидел подвешенную под потолком люльку, где тихо посапывал ребенок, отметил наличие в комнате стандартного набора простенькой мебели. В центре стоял покрытый белой жаккардовой скатертью стол. На полу, на коврике сидел симпатичный чернявый мальчуган лет четырех и катал на игрушечном грузовике полдюжины зелененьких оловянных солдатиков.

— Темка, сынок, поиграй в другом месте. Нам тут с товарищем нужно поговорить.

Мальчик встал, взял вязанный из полосок материи коврик, грузовичок с солдатиками и тихо спросил:

— А папка все еще не пришел?

— Не пришел. – Голос женщины дрогнул. – Ступай.

Лицо Антонины было бледным и походило на маску кабуки. Женщина подошла к сыну, обняла его за плечи и легонько подтолкнула к выходу. Мальчик заупрямился и посмотрел на Зверева.

— Этот дядя милиционер?

— Да, сынок, он милиционер.

— Значит, он знает, где мой папа!

— Конечно, знает, ступай.