Книга Ядовитое кино, страница 35 – Валерий Шарапов

— Вообще-то Жилина не запиралась, – тихо проговорил Зверев.

Кравцов свысока посмотрел на майора и с видом победителя беззвучно рассмеялся:

— Ах да, простите! Я хотел сказать, что Жилина покончила с собой, забыв запереть дверь. Но это сути не меняет…

— А мне кажется, меняет! – уже громче заявил Зверев.

— Это почему же?

— Потому что если бы Жилина действительно заперлась, то версия о самоубийстве была бы более правдоподобной. А раз дверь была не заперта, значит, Жилину могли убить. Убийца вошел в дверь, убил Марианну и обставил все так, чтобы мы подумали, что актриса сама свела счеты с жизнью.

— Если есть что сказать, говори! – процедил Корнев.

Зверев ухмыльнулся и тоже подмигнул Комарику.

— То, что Жилина возвращалась в фойе и могла подсыпать яд, ровным счетом ничего не доказывает.

— Почему? – воскликнул Кравцов.

— Потому что, помимо Жилиной, яд мог подсыпать кто угодно. Рождественская сама призналась, что вышла из фойе последней. Анечка Дроздова забыла там тетрадку и тоже возвращалась. Малиновская забыла на стуле сигареты и тоже могла сыпануть в пачку яд. Я уже не говорю о Горшковой, которая могла выдумать всю эту историю про забытую пачку, чтобы обелить себя. Что же касается Дорохова, Уточкина и Семина, которые вроде бы не возвращались, то это лишь их утверждение – не более того. Любой из них мог соврать, и у нас пока нет оснований это исключить. Есть еще Быков, костюмерша Фирсова, кто там еще?.. Теперь что касается всего остального. Ты предположил, что я опоздал на совещание из-за того, что писал рапорт о допросе Рождественской, но это не так. Я был занят другим.

— Чем?

— Просидел в подвале у Мокришина и ждал заключения экспертизы.

— Дождался?

Зверев бросил на стол лист бумаги:

— На, читай!

Кравцов нацепил очки, взял заключение и быстро его прочел.

— Здесь написано, что в крови Жилиной обнаружен рицин. Тебе что, этого мало?

Зверев улыбнулся:

— Читай внимательно! Яд обнаружен в крови, но не в желудке.

— И что это значит?

— А то, что в стакане, который стоял на столе, действительно был рицин, но Жилина не пила из него.

— Как же яд попал в кровь?

Зверев повернулся к Комарику:

— А ну, всезнайка, поясни, как можно отравиться рицином, чтобы он попал в кровь, минуя желудок.

Игорек поправил очки:

— Отравиться рицином можно через легкие.

— Вот именно! Когда я прочел заключение судебно-медицинской экспертизы, – Зверев вынул из кармана еще один лист и положил его на стол перед Кравцовым, – я прочел, что на теле Жилиной, а именно на шее и на скуле, имеются незначительные кровоподтеки. При первичном осмотре мы их не заметили, но патологоанатом описал их точно.

— Что это значит?

— А это значит, что логично было бы предложить, что Жилина не пила раствор с рицином, как это нам пытался внушить убийца, подбросив стакан. Убийца стоял у Жилиной за спиной, одной рукой удерживая ее за шею, а другой прижимал к ее лицу полотенце или платок, пропитанный рицином. Вдохнув смертельные пары, женщина потеряла сознание и отключилась. Не приходя в себя, она умерла, а убийца спокойно доделал свое дело. Он наполнил стакан водой, сыпанул в него рицин и бросил на пол. Потом он поставил на стол банку с оставшимся ядом и удалился.

Кравцов прищурился:

— А как же предсмертная записка? Или ты будешь утверждать, что она написана не Жилиной?