Онлайн книга «Тоннель без света»
|
Михаил облизнул пересохшие губы, машинально потянулся к фляжке, опомнился – ручей же рядом! Стал спускаться, спешил, дважды оступился, взял себя в руки. Выбежал к ручью, рухнул на колени, стал жадно пить из пригоршни, сполоснул лицо. Вылил из фляжки остатки водопроводной воды, залил родниковую, припустил вдоль ручья к далекому кустарнику… Группа прошла около километра кромкой скал и стала на привал. Кольцов следил за ними из расщелины. Все одеты по-походному с учетом времени года, оживленно переговаривались, доносился смех. Туристы сбрасывали рюкзаки, кто-то падал на землю, кто-то садился на камни. Заструился табачный дымок… Кольцов выжидал в укрытии, присматривался. Подойти никогда не поздно, лучше составить о них хоть какое-то представление. Васильченко он выявил сразу – плотный коренастый дядя, самый возрастной из этой компании. Снял мятый головной убор, пригладил редкие волосы. У него был самый объемистый рюкзак (видимо, с палаткой) и заплечная спортивная сумка с личными вещами. Инструктор держался особняком, что-то негромко говорил, показывая рукой вдаль. Любители экстремального отдыха слушали, кивали. Михаил всматривался в лица людей, досадуя, что не обладает орлиным зрением. Но подходить ближе было опасно. Что-то говорила молодая женщина в игривой шляпке, привязанной тесемками к подбородку. У нее было приятное открытое лицо, и с формами, по-видимому, все в порядке, хотя мешковатая одежда их, конечно, не подчеркивала. Гражданка встала с камня, направилась за скалу. Молодой мужчина что-то спросил: очевидно, не нужен ли сопровождающий. Остальные заулыбались. Женщина постучала по голове и скрылась. Молодому мужчине было не больше тридцати. Жесткие волнистые волосы, добродушное лицо – из тех, что нравятся женщинам. Он и сложен был неплохо, видимо, в свободное от работы время посещал спортзал. Молодой человек покосился вслед ушедшей женщине, достал приемник в кожаном чехле, стал изучать диапазон частот. Васильченко скептично покачал головой, но молодой человек должен был сам убедиться, что здесь ничего не ловит. Убедился, спрятал аппарат. Что-то вяло жевал рослый нескладный мужчина с вытянутым лицом и выпуклыми глазами. Приложился к фляжке, снова заработал челюстями. Он меланхолично осматривал окрестности. Взгляд застыл – Кольцов напрягся: казалось, субъект смотрит прямо на него. Но нет, показалось. Сосед что-то бросил, субъект вышел из ступора, односложно ответил. Поднялся четвертый представитель мужеского пола – мужчина лет тридцати пяти, чуть выше Васильченко, серьезный, нахмуренный, с правильным, но каким-то «протокольным» лицом. Он затоптал сигарету под строгим взглядом «наставника», сунул в карман пачку болгарского «Опала», которую мял в руке. Вернулась женщина, бросила что-то шутливое. Туристы засобирались… Михаил догнал их за изгибом скалы, напоминающей сгусток застывшей лавы. Поднявшееся солнце красиво золотило идеальные по форме ели. Майор шел уверенной упругой походкой, распрямив спину, с отмашкой, добродушно улыбался. Рюкзак за плечами, пистолет у сердца, привел себя в порядок, насколько мог – отчистился, заправился. — Эй, товарищи, подождите! Фу, насилу вас догнал… Все пятеро застыли, обернулись с изумленными лицами. Местечко не из тех, где можно столкнуться со случайным прохожим. Васильченко насупился. Переглянулись мужчины, пожали плечами. На груди субъекта с «протокольной» внешностью висел дорогой фотоаппарат «Зенит» – рука потянулась к нему, словно задумался, а не стоит ли сделать «удачный» снимок? |