Книга Охота на охотника, страница 81 – Сергей Бакшеев

Звук подъехавшей машины. Выглядываю — белый внедорожник. С пассажирского сиденья выпрыгивает Ева. Жива! Бежит к дому бледная и сосредоточенная. Опускается водительское стекло.

— Пять минут на сборы! — предупреждает девушку Могила.

Ева заходит в дом, проносится через комнату и дергает шпингалет окна, собираясь открыть. Я обхватываю ее сзади, зажимаю рот и приставляю нож к горлу.

— Не кричи! Это я, Светлая. Я ничего тебе не сделаю, только задам вопрос, и ты на него ответишь. Тихо, чтобы не слышал Могила. Поняла?

Она таращит глаза и кивает.

— Что с Коршуном? — спрашиваю я и отнимаю руку.

— Носила ему еду сегодня.

— Он жив, — радуюсь я и волнуюсь одновременно. — Не покалечен?

— Надзиратель проверяет котелок и передает пленнику. Я больше не смогу ничего пронести. А Коршунов жив, сам брал котелок с едой.

— Могила нашел у него телефон. Уверена, он догадался, что это ты принесла.

— Он только сейчас о телефоне сказал.

— Избил? Угрожал? — Я ощупываю Еву, пытаясь понять, есть ли свежие синяки.

Она мотает головой и чуть не плачет:

— Не тронул, но… Передает меня Чесноку.

— Как это?

— Могила уходит на несколько дней.

— Куда? Зачем?

— Не знаю. А я должна жить на объекте и прислуживать Чесноку. Он ранен.

— Не сильно, к сожалению.

— У меня пять минут на сборы вещей. Отпусти, я убегу через окно!

— Ева, это проверка. Могила хитер. Пять минут тебе ничего не дадут. Он догонит тебя и посадит на цепь. Это в лучшем случае. — Я подталкиваю девушку к шкафу. — Собирай вещи!

Ева умоляет:

— А ты? Помоги мне. Пристрели его, и мы удем вместе.

Я обнимаю ее. План рабочий, но загвоздка в том, что так я не спасу Кирилла. Наоборот, обреку мужа на жестокую казнь. Я вынуждена признаться и пообещать:

— Ева, мне надо вытащить Коршунова. О тебе я не забываю, поэтому и пришла. Но обстоятельства… Помоги нам, и я сделаю всё, чтобы ты была свободна.

Ева шмыгает носом, отворачивается, чтобы скрыть слезы, копается в шкафу и пихает вещи в рюкзак. Трогает женский костюм, в котором мама ходила на работу. В кармане что-то твердое. Это пропуск на охраняемую территорию. Ева раскрывает корочки и заливается слезами:

— Мамин…

Я забираю пропуск.

— Ева, нельзя быть слабой. Мы сильные! — Показываю ей кнопочный мобильник и прячу его в рюкзак. — Это для тебя, там мой номер. Если что, звони, я сделаю, что смогу. И еще… Постарайся узнать, куда уезжает Могила. А если что-то с Коршуновым, предупреди.

— Мне не позволят говорить с пленником.

— От Чеснока что-то услышишь.

Ева сжимается и прикрывается руками как обнаженная девушка, которую застали врасплох.

— Я боюсь его. Чеснок смотрит на меня, как кот на сметану. У него была девушка цыганка, юная, красивая. Он также смотрел на нее, привел к себе, а на следующий день она была мертвой. Я видела растерзанное тело.

Что я могу сказать в утешение? Как успокоить? «Скоро всё наладится. Еще немного потерпи». Она уже столько натерпелась. Убийства родных, истязания, невозможность побега и страх перед неизвестным.

— Мы это закончим. Вместе. Ты, я, Коршунов. И уедем туда, где не будет боевиков и насильников.

Ева слабо верит обещаниям. Будущее для нее призрачно, она живет настоящим.

— Дай мне пистолет, — просит она.

Я вглядываюсь в решительное лицо девушки и раздумываю. В ней есть внутренний стержень, она не сломлена и готова бороться. Спрашиваю: