Книга #НенавистьЛюбовь, страница 213 – Анна Джейн

Когда я добралась до университета, на улице было уже светло, и ленивое, сверкающее позолотой солнце нехотя поднялось над горизонтом, разгоняя мрачные тучи.

Я привычно купила кофе — обычный горький капучино без сахара, и пошла к своему корпусу. По дороге мне позвонил Даня, видимо, только что проснувшийся.

— Где ты? Куда ушла? Ты в порядке? — было первым, что я услышала. Его голос был пропитан страхом.

— Иду на занятия, — холодно ответила я. — Вообще-то, сегодня учебный день.

Кажется, он облегченно выдохнул.

— И когда вернешься?

— Когда захочу, — отозвалась я нарочито грубо и сбросила вызов.

Я старалась улыбаться и шутить, в общем, вести себя как обычно, но подруги поняли — со мной что-то не так. И, переглядываясь, стали задавать вопросы, пытаясь понять, что случилось. Честно говоря, мне столько всего хотелось рассказать девчонкам, но я не знала, как это сделать. Говорить о подставной свадьбе я не могла — по крайней мере, в ближайшее время. Договор со Стасом все-таки налагал определенные обязательства. Однако молчать о поступке Матвеева тоже не было сил — мне необходимо было поделиться, и на большой перемене я сбивчиво поведала обо всем подругам.

Сказать, что они были удивлены — ничего не сказать. Сашка орала, что Матвеев — герой и вообще «крутой мэн», Самира хмурилась и качала головой — она ненавидела недосказанность в отношениях и терпеть не могла ложь. А Полина просто обняла меня в знак поддержки.

— И что ты будешь делать? — спросила Самира.

— Не знаю, — честно ответила я. — Сначала нужно успокоиться.

— Он тебя обманул. Понимаю, что хотел защитить, но честность в отношениях — превыше всего. — Она казалась непоколебимой.

— Эй, подружка, притормози, — вклинилась Сашка. — Он спасал Кудряху. Этим все сказано. Ясно? Так не каждый бы поступил.

— Не каждый бы поступил так глупо? — подула на аккуратно подпиленные и покрытые прозрачным лаком ногти Самира.

— Это ты глупая, — ухмыльнулась Сашка. — Просто любовь Дани достигла последней стадии — стадии самопожертвования. Он жертвовал своим счастьем ради Кудряхи.

— И ее счастьем тоже, — проворчала Самира. — Эгоист.

— Полегче. Он благородно поступил.

Они едва не сцепились, и мне с трудом удалось их успокоить. У каждой из них была своя правда относительно произошедшего. А моя правда находилась где-то посредине. Я все еще не успокоилась, хотя после разговора с подругами стало немного легче.

— А я вот одного понять не могу, — задумчиво сказала Полина. — Что теперь делать, если Алан через тебя все еще собирается мстить Матвееву?

— Даня разобрался с этим, — отвела я глаза.

— Я же говорю — герой! — выкрикнула победно Сашка. А Самира закатила глаза.

— И что ты будешь делать? — спросила меня Полина. А я только пожала плечами.

На этом разговор пришлось завершить — прозвенел звонок, и мы помчались в аудиторию на втором этаже, чтобы не опоздать. Первыми в нее забежали Полина и Самира.

— Саш, — остановила я синеволосую подругу на самом пороге.

— Что такое? — удивилась она.

— А что будет после последней стадии любви? — спросила я тихо, совершенно не желая услышать о том, что любовь потухнет.

— Вечность, — широко улыбнулась Сашка и потащила меня в аудиторию. Не в силах сконцентрироваться на лекции, я, отбросив ручку, почему-то думала о его новой татуировке. Символе вечности.