Книга Звезды в его глазах, страница 11 – Юлия Лисовская

— Не поняла, — сама себе сказала я и на гиперскорости влетела в кафе. Николас аккуратно заправил этой курице локон за ухо и одарил ее такой улыбкой, что мне захотелось взять поднос и приложить его к этому светящемуся ангелочку. Походкой, не предвещающей ничего хорошего, я направилась к столику. — Ой, а кого это я тут вижу? Аж слепит в глазах. — я картинно взмахнула руками и прижала их к груди.

— Джул, я это, тут, ну понимаешь, когда… там… и — глазки моего парня забегали. — Что с тобой, милый? Слова забыл? Тебе трудно говорить? А, может, — это инсульт? Я знаю, так бывает. А эта женщина тебя решила спасти и своими надутыми губами хотела сделать искусственное дыхание? — я мило улыбнулась, посмотрев на своего героя. Взяла его недопитый кофе, отхлебнула и продолжала: — Остыл, жалко. Хотя, на твоем месте, я бы обрадовалась сему факту. И, с этими словами, вылила остатки кофе на идеальную укладку Николаса. Моли, или Доли, взвизгнула. Мой, теперь уже бывший, ловелас чертыхнулся, хотел схватить меня за руку. Но мне уже было все равно. Я сделала разворот на 180 градусов и вылетела из кафе. На учебу идти уже не было желания. И я, как ураган, полетела в общагу. Казалось, пар валил у меня из ушей. Мне надо было срочно рассказать все своей подруге Окси или Ксю, как я ласково ее называла. И выплакаться у нее на плече. Слезы собрались в глазах, но я сжала кулаки и не позволила разрыдаться, пока не доберусь до своей норки.

Влетев в нашу с Ксю комнату, я скинула обувь и сразу бросилась к кровати подруги. Она еще спала. Тихо всхлипнув, я прошептала: — Ксю, — и весь мой гнев превратился в слезы. Стало так больно внутри, казалось, стержень вынули из меня. Зачем он так со мной? А я так верила! Окси моментом проснулась и села, моргая еще сонными глазами. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять ситуацию. Быстро выпрыгнув из — под одеяла, она заключила меня в свои объятия, и мы осели на пол.

— Он пре — предал меня, а я это у — увидала. Он там с — сней — неразборчиво, уткнувшись в плечо подруги, бубнила я. Ксю, гладя меня по голове, начала приговаривать:

— Ну тише, тише, тише. Джул, успокойся, не надо плакать. Что бы ни случилось, оно не стоит твоих слез. В этот момент мне казалось, — она накладывает пластырь на мою душу. И я стала потихоньку успокаиваться. — Ну вот, совсем другое дело. А теперь рассказывай. Всхлипнув последний раз, я поведала о случившемся. От ангела — предателя до разбитого любимого будильника. — А я говорила, что он козел. А вот будильник действительно жалко. Твой брат, наверное, расстроится, — вздохнула подружка. — А я и не собираюсь ему об этом говорить. Знаешь, какой он у меня вредный. Начнет потом говорить: «Джулия, опять у тебя все в руках ломается. Года идут, а ты не меняешься. Бу, бу, бу» — попыталась повторить интонацию Дэвида. Ксю тихо засмеялась: — Вечно ты его описываешь так, что мне уже страшно лететь к тебе в гости. — Не бойся. Он не страшный, он — зануда. Скоро сама успеешь убедиться в этом. Слушай, а, может быть, вы поближе познакомитесь? И он такой, бах, и влюбится в тебя! Окси моментально покраснела до кончиков ушей. Меня всегда забавляла эта ее способность моментально заливаться краской, стоило только коснуться слегка щекотливой темы. Я продолжила: