Книга Не заигрывай со мной, страница 73 – Алёна Май

Упала назад на кровать и вперилась в белый потолок. Было очень холодно, и я попыталась залезть под одеяло. Настя забрала все себе, негодяйка! Отобрала край и отвернулась на бок. Меня ничего не смутило. Даже то, что в комнате у Насти не должно быть никакой прикроватной тумбочки. Да и одеяла у нас были раздельные, а кровать и вовсе стояла изголовьем к окну, а не поперек комнаты.

Я не отдавала себе отчета в том, где я и с кем. Я была свято уверена, что рядом со мной лежит Настя. А то, что я в одном нижнем белье, а не в своей пижамке, – так это мелочи жизни. Видимо, была пьяна настолько, что меня не хватило на полное переодевание.

Так я думала ровно до того момента, пока тяжелая рука – как я думала, моей подруги – не собрала меня в охапку, а чужое тяжелое дыхание не обожгло шею. Следом я ощутила, как кто-то целует мои плечи и как руки гладят по животу неспешно, дразняще, а в спину упирается явно не пульт от телевизора.

Я задержала дыхание, пытаясь понять, что происходит. Но голова кружилась так, что я даже не различала, где пол, а где потолок. Горячая волна прошла по телу, и я невольно изогнулась навстречу ласкам и выдала короткий стон.

Меня поразило озарение. Это точно была не Настя. А последнее, что я помнила со вчерашнего вечера, – это как зову Кирилла в бар.

Не знаю, о чем я конкретно молилась: чтобы человеком в постели со мной был Кирилл или все же кто-то другой. Оба варианта вызывали ужас. Меня перевернули на спину, и я узнала правильный ответ. Голый до пояса, с томным и полным желания взглядом, Кирилл навис надо мной, и ему явно было что сказать.

— Привет, – пискнула я. А что я еще могла сказать?

— Привет, Майя.

Я попыталась прикрыться руками, хотя если я уже лежала в его – или где мы вообще? – постели, то скрывать было особо нечего. Но все равно я ощутила непередаваемую неловкость и посмотрела в сторону.

Головокружение как рукой сняло. Мозг словно заработал на максимум и включил назад вестибулярный аппарат. И задействовал еще какие-то немыслимые резервы.

— Где мы? – задала я самый очевидный вопрос дрожащим голосом.

— У меня дома, – тихо сказал Кирилл, продолжая смотреть на меня прямо и испытывающе.

— Почему мы… у тебя дома? – только и успела произнести я и икнула.

Кирилл рассмеялся и отпустил меня, сев на кровати. Он убрал рукой мешающую ему челку назад, продолжая смеяться. Я не разделяла его веселья. Мне было очень плохо и очень не смешно.

— У нас что-то было? – с опаской спросила его, прикрываясь одеялом до самого носа и отползая к изголовью кровати.

— Тебя какой ответ удовлетворит? – усмехнулся Кирилл.

— Правдивый.

Я готова была принять любой из вариантов и действовать по ситуации. Хотя он так сказал «удовлетворит», как будто собирался воплотить в жизнь то, что лишь витает в воздухе, но еще не озвучено.

— Ладно. Не буду тебя мучить. – Кирилл сложил руки на согнутых коленках. – Я не знаю, где ты живешь, а ты была не в состоянии назвать адрес.

Воспоминания вспышками возвращались. Кажется, я залезала на барную стойку и Кирилл меня оттуда стягивал, затем плакала, а потом целовала его, будучи вусмерть пьяной.

Щеки запылали от стыда. Последнее, чего я хотела, – это опозориться, но, кажется, все преграды были нарушены. Достижение получено.

Я прикрыла рот рукой, пытаясь незаметно потрогать губы и проверить, не опухли ли они.