Книга Не заигрывай со мной, страница 172 – Алёна Май

Кот урчал так интенсивно, лежа на мне, что я провалилась в сон даже под бормотание Насти. Ее дом стал моим домом. По-настоящему. Хоть подруга, сама того не замечая, покинула его. Она как будто боялась оставить маму одну, а когда появилась я, то расслабилась и позволила себе быть счастливой с парнем, которого полюбила. Позволила себе жить свою жизнь и снять с плечей тети Оли бремя заботы о ней. И я была ей благодарна. Мне эта забота была необходима, как воздух, в то время как Настю уже душила. Удивительно, как мы так встретились и помогли друг другу.

Мне снился турнир, на котором я заняла последнее место. Кирилл, отворачивающийся от меня, разочарованный. Альбина смеялась так громко, что мороз по коже шел. И мама… Мамины глаза прожигали насквозь. «Такая же, как папаша. Бесполезная и безответственная», – говорила она. Жуткий сон, который не отпускал весь следующий день, отчего я опять не могла сосредоточиться. Он снился мне не первый раз. Я стала замечать, что в дни особой усталости наиболее тяжелые сны. И в итоге я толком не восстанавливалась и наутро чувствовала себя еще более уставшей.

Тогда я решила позволить себе отдыхать. Попросила у Милы отпуск перед турниром. Днем отсыпалась, а вечером занималась с Кириллом. Это помогало. Но еще больше помогло поделиться с ним переживаниями.

— Мы справимся. А если провалимся – будет еще куча этих соревнований. Ты же не глушишь машину после «лежачего полицейского», так и мы не будем останавливаться. Тем более это твои первые соревнования. Первый выход на большой паркет. Не требуй от себя слишком многого.

— Я не хочу тебя подвести.

— Ты никогда и не сможешь этого сделать, потому что это я тебе помогаю, Майя. И вообще, – он крепко сжал мои ладони и растер их, – мы же партнеры. В танце и в жизни. Если упал один, второй поднимет, или полетим оба, но затем воспарим выше прежнего.

— Спасибо, – закрыла глаза и уткнулась лбом в его, вдыхая древесный запах парфюма и успокаиваясь, настроилась на голос Кирилла и отпустила все переживания. – Ты лучший партнер, что мог у меня быть.

— А еще самый красивый.

— И самый скромный. – Губы дернулись в улыбке. – А теперь джайв?

Очень хотелось сбежать. Спрятаться, чтобы никто не нашел. Чтобы никто не оценивал меня. Хотелось ослепнуть, оглохнуть и онеметь. Превратиться в каменное изваяние. Хотя с этим я как раз справлялась. Пальцы на руках не слушались, а ноги одеревенели.

— Меня сейчас стошнит, – пробормотала я под нос, а затем похлопала себя по щекам.

Кирилл растирал мои плечи, сжимал и разжимал. Погладил по спине, а после крепко сжал руку и поцеловал в тыльную сторону.

— Просто танцуй, – улыбнулся он, и от его голоса я едва не растаяла. – Забудь обо всех. Думай только обо мне и слушай ритм. Мы в легкой программе, ты можешь куда больше.

— Тебе легко говорить. Ты же не первый раз.

— Тогда уйдем отсюда?

— Ну уж нет! – возмутилась я и топнула. – Настя меня придушит, если я не покажусь в этом костюме.

Я качнула бедрами, и черное платье, плотно облегающее фигуру, ожило: перья по подолу дрогнули, словно встрепенувшаяся птица.

— Я бы предпочел, чтобы ты поскорее сняла его, – наклонился ко мне Кирилл и тихо прошептал эти слова на ухо.

Платье сразу показалось тесноватым и удушающим, и я потянула за ворот, чтобы ничего не сдавливало шею.