Книга Не заигрывай со мной, страница 169 – Алёна Май

Кирилл перешел к более сложным элементам. Я все еще с закрытыми глазами поддавалась каждой перемене, доверяла своему партнеру. Каким-то удивительным чудом мы повторили один из номеров к соревнованию всего лишь под ритмичное «ла-ла-ла» Кирилла. И, когда открыла глаза, я словно не стояла посреди тренировочного зала, на паркете. Мир вокруг померк на фоне его глаз, с непередаваемой любовью смотрящих на меня. Я утонула в этих чистых голубых глазах.

— Я люблю тебя, – прошептала я, позабыв о всякой злости, что змеей извивалась по венам.

Кирилл явно не ожидал моего признания. Сколько ни собиралась с мыслями, да все никак. Слова терялись, не достигнув рта. Но насколько они нужны были ему? Я не знала, а спросить боялась. Мысль о том, как сильно я привязалась к Кириллу, пугала меня. Мое к нему отношение было тяжело выразить даже простым «Я люблю тебя». А потому вес этих слов с каждым днем все увеличивался. Они наполнялись большим смыслом.

Кирилл сначала будто и не понял, что я сказала, но затем улыбнулся как никогда. Таким счастливым я его еще не видела. Он подтянул меня к себе, поцеловал брови, веки, щеки, губы. Сжал так крепко, будто я могла убежать. В чем-то он был прав. Я занервничала, стоило обличить то, что на душе.

Кирилл закружил меня на месте, подхватив на руки.

— Ну наконец-то! Это надо отметить!

Я засмеялась, радуясь его детской искренности.

— Только не сегодня.

Кирилл опустил меня на пол.

— Узнаю, что изменяешь мне с кем-то, – накажу.

— Заманчивая угроза.

Я снова засмеялась. Уже пуще прежнего. Приступы ревности – это что-то новенькое. Этим из нас двоих страдала скорее я. И хоть Кирилл почти не переставая говорил, что я для него красивее всех, девушки, с которыми он работал, по моему личному мнению, были куда привлекательнее. Та же Альбина. Она продолжала делать вид, что я пустое место, если мы с ней вдруг сталкивались.

— Я уже обещала Насте. Не могу ее подвести.

— Женские секретики?

— Что-то вроде того. Повторим еще раз с самого начала? – Я включила музыку на колонке. – Я, кажется, поняла, что ты хотел сказать. Как бы тупо это ни звучало, но я перестала танцевать, танцуя.

Кирилл потрепал меня по голове в одобрительном жесте и чмокнул в щеку, а затем встал в стойку, и мы еще раз прогнали всю программу от начала до конца, но в этот раз я не получила ни одного замечания. Мне самой очень понравилось наше отражение.

— Ты не критикуешь, потому что тебе меня жалко?

— Нет. Ты действительно большая молодец, Майя. Горжусь тобой.

Улыбка не сходила с моего лица.

— Просто у меня самый лучший учитель на свете!

— Отчего-то захотелось прикупить тебе костюм школьницы, – ухмыльнулся Кирилл и получил от меня шлепок по заднице скрученным полотенцем.

— Так вот какие у тебя сексуальные фантазии? Может, мне лучше надеть юбку-карандаш и прикупить указку? Могу даже очки бутафорские надеть.

— М-м-м, – томно протянул Кирилл. – А мы можем запланировать оба этих варианта?

— Я проверю свое расписание.

— Пришли мне на почту окошки. А лучше – запиши меня во все.

Окрыленная наконец удавшейся тренировкой и флиртом, я упорхнула домой. А все потому, что тетя Оля учила меня готовить, как я и хотела. Сегодня в меню: мясо по-французски, селедка под шубой и жареные баклажаны с сыром, чесноком и грецкими орехами. В дни, когда она не была на смене, я помогала ей готовить ужин. Настя первые дни терялась из дома и предпочитала проводить время со Стасом, ибо то, что выходило из-под моего ножа, есть было невозможно. Выглядело некрасиво, несъедобно, а запах гари после первых моих котлет стоял еще неделю. Но позже тетя Оля заставила ее проводить «семейные вечера» с нами. И Настя также стала неотъемлемым участником процесса. В этот вечер она оказалась удостоена чести нарезать баклажаны на ровные полосы.