Книга Сделка с собой, страница 77 – Лера Виннер

Точно так же, впрочем, как невозможно играть в карты на саму себя с боссом местной мафии и принимать от него в подарок брендовое бельё.

Самым смешным, самым пугающим стало не что-то из этого, а тот странный факт, что именно с Дином Коулом я чувствовала себя как никогда живой. Вся гамма испытанных мною из-за него чувств, — от ослепительной ненависти и навязчивых мыслей до выжигающего разум желания и абсурдной готовности подчиниться любому его слову, — была невыносимо яркой.

Я почти бредила им во время следствия.

Я готова была позволить делать со мной что угодно в «Мираже».

За то, что он выставил меня из кабинета, я его почти возненавидела.

И всё же мне было приятно надеть для него платье. Здесь, сейчас, наедине с собой в темноте и тишине можно было это признать.

Когда мне стало по-настоящему плохо, я бросилась к нему в необъяснимой уверенности, что он меня не выставит и не воспользуется ситуацией, чтобы добавить, — хотя мог бы. Ещё как мог.

Всё это вместе и каждое в отдельности сбивало с толку и вызывало желание хвататься за голову.

Мне хотелось написать ему.

Хотелось просто вернуться в его постель и не знать, не видеть всего, что происходило теперь.

Даже гибель родителей, — обоих, — я не переживала так остро, как его появление в своей жизни.

Каждое его прикосновение.

Каждый тёмный, как будто оценивающий взгляд на своих сосках.

Он выворачивал мне душу наизнанку, но я готова была просить ещё и ещё, потому что с ним мне было… хорошо. Свободно, легко. Как если бы мне вдруг дали разрешение быть просто собой.

А ведь я уже почти не помнила, каково это.

Была только детектив Спирс, — полицейская ищейка, тайная любовница капитана, дочь своего отца. Кто угодно, только не просто Джулия.

Когда я позвонила в его дверь, принеся с собой целый ворох проблем, он так или иначе отодвинул все свои дела, законные и не очень, чтобы мне помочь.

По уму, — должен был выставить, сделав вид, что мы вообще не знакомы.

На деле же все оказалось еще хуже, потому что, помимо всего прочего, он еще и позволил Питу работать с полицией.

Если всё всплывёт, хотя бы на уровне слухов, неприятности начнутся уже у самого Коула, — это я понимала точно так же чётко.

В отличие от меня, он не отделается игнорированием своей персоны и колкостями, летящими в спину. При его статусе даже одно только подозрение в сотрудничестве с властями могло стать смертным приговором.

И все же он балансировал на этой опасной грани, прямо заявив о том, что делает это ради меня.

Ради того, чтобы я осталась с ним, когда эта история закончится.

Решив использовать Дина Коула, превратить его в свой шанс на свободу от прошлого, я и помыслить не могла, что все может обернуться так.

Мог ли он стать для меня шансом на нечто большее, чем просто билет в один конец из этого города?

Опасные мысли…

Очень опасные, потому что гораздо острее сейчас стоял совсем другой вопрос: захочу ли я этим шансом воспользоваться?

Да и смогу ли, точно зная, на какую именно работу он уходит каждый день?

У меня оставалось еще вдоволь времени, чтобы спокойно подумать об этом. Трезво и, будучи честной с собой, все взвесить.

Вернее, останется, если меня не пристрелят сегодня.

На улице кто-то со всей силы надавил на клаксон. Взвыла сигнализация одной из припаркованных у дома машин.