Книга Танец большого секрета, страница 40 – Алина Цебро

— Ты не должна задавать вопросы, на которые ответы не нужны. Никто. Никогда. Не выходит из игры. И если ты — Вейн, ты сделаешь это без колебаний.

Он вышел. Оставили меня одну. С болью на щеке. С именем Райана на губах.

С сердцем, которое только-только начало биться — и уже обречено на смерть.

Я подошла к зеркалу. Щёка — красная. Глаза — сухие. Руки — не дрожат.

И я поняла: они думают, что я — камень, машина — которая выполняет приказы. И они не знаю, что Райан для меня значит. Они не видят, как я горю изнутри, не слышат, как сердце стучит, когда я думаю о нём.

А ещё...я могу убрать Рида. Хоть сейчас, хоть сегодня. Да, я сделаю больно Грейс и Райану. Но без колебания выполню приказ. Но не приказ убить Райана.

Я встала. Выпрямила спину. Положила папку на стол — аккуратно вернув в неё фотографии.

Потом — улыбнулась.

Пусть думают, что я согласна. Пусть думают, что я — их палач, девушка, которая скоро займёт место своего отца.

А я…

Пока придумаю план, как спасти их обоих. Как им помочь, как уберечь.

А если не получится, то хотя бы спасу Райана. И теперь я понимаю почему отец сделал меня такой. Любовь для меня не слабость, это шанс — потратить свою жизнь на что-то большее, на то, что не смогли получить мои родители.

Райан

— Я думаю, что он блефует. Сомневаюсь, что главный разрешит вредить обычным людям, — Рид слишком возбуждённо машет руками, пытаясь доказать мне то, что я и так знаю. Главный вредит людям, неважно обычные они или нет.

Я согласился поехать с ним на встречу к Полу, потому что оставаться одному дома это значит думать и думать, и думать об Оливии. Я не могу перестать думать. Словно то, что я обычно говорю всем своим пациентам "Попытайтесь переключиться" для меня теперь работает так же херовенько как и для них.

— Мы с тобой никогда его не видели, не слышали. Думаешь, Пол вообще расскажет ему об этом? Какая разница, какими способами он достаёт машины? Я боюсь, что это полная провокация. Я не смогу ему ответить, когда дело будет касаться Грейс. Как он вообще узнал о ней?

Он начинает закипать, явно на взводе, как бы дел не наворотил. Да, мы не видели того, кто за всем этим стоит, а жаль. Мне он как раз и нужен.

— Успокойся. Просто подыши. Вдох, выдох, вдох, выдох.

— Отвали. Не надо на мне использовать свои психологические методы.

— Ты не сможешь нормально вести с ними разговор, если будешь, как набитый индюк. Выдохни, Рид. Они ничего ей не сделают.

— Я как будто попал в какой-то водоворот идиотизма. Почему все от меня чего-то хотят?

— Они используют на тебе газлайтинг.

Выкручиваю руль чуть вправо, потому что какой-то идиот не пытается даже притормозить — обгоняет нас. Мне бы и самому похоже успокоится. Осекаюсь, понимая что Рид молчит, но выдыхаю на следующей его фразе, понимая, что именно его так озадачило.

— Ты прикалываешься? Я должен знать, что это ещё за хрень?

— Блин, чувак, прости, — я усмехаюсь. — Я забыл, что это не обычное слово из жизни.

— Долбанный психиатр, я слушаю тебя.

— Это вид психологического насилия. Главная задача которого — заставить человека мучиться и сомневаться в адекватности своего восприятия окружающей действительности через постоянные обесценивающие шутки, обвинения и запугивания. В твоём случае запугивания. Все это делают с помощью близких. В конечном счёте, ты сойдёшь с ума от этого и перестанешь воспринимать мир так, как сейчас, — я взмахнул руками и выдохнул. — Но Рид, тебе нужно просто принять этот факт. К сожалению, мы с тобой влипли в это по полной программе. Ты не сможешь убедить Пола, что не любишь Грейс. Он всё равно не поверит. А если и поверит, то обязательно проверит. И тут ты проколешься. Ты как открытая книга, когда она рядом.