Книга Просто дыши, страница 272 – Ана Эм

Я оказываюсь в закутке, который должен был быть концом экспозиции…

Повернув голову вправо я вижу две большие фотографии, подсвеченные теплым светом. Две пары знакомых глаз. Одна, та, что весит вверху, моя. Мои глаза. А ниже…Я узнаю эти зеленые глаза. Он. Он сделал свой автопортрет? Справа и слева от фотографий на стенах висят книжные полки, которых еще не было вчера. Я узнаю названия на корешках. Это те же самые книги, что стоят и на моих полках. Те самые книги о любви, откуда Элиот Бастьен выписал цитаты, чтобы вложить в букеты ромашек.

Можно забрать.

Висит надпись рядом с полками.

Я сглатываю ком в горле и разворачиваюсь на месте, прижав руку к груди. Книжные полки на стенах заканчиваются, а на место им приходят буквы. Целые предложения написаны прямо на стенах. На самых разных языках. Те самые предложения, что я храню в одном из ящиков в своей спальне. Кто-то переписал их прямо на белые стены. Слова о любви.

Делаю пару шагов вперед и замираю. Первая фотография. Черно-белый снимок меня самой. Я сижу в школьной форме у стены в спортзале и рисую в своем альбоме. Я думала, что одна. Думала, там никого не было. А он…В то время он всюду ходил с камерой. Я даже не знала, что попала в его объектив…Сердце пропускает мощный удар, и вдоль позвоночника оживают мурашки, когда замечаю рисунок, что висит рядом с этим фото. Тот самый рисунок, что я сделала тогда на крыше. Мой первый портрет Элиота Бастьена. На нем надпись «Просто дыши». Поверить не могу, что он его сохранил.

Первая слеза падает с ресниц, и я тут же ее смахиваю, продолжая двигаться дальше.

Следом появляются мои карандашные рисунки его рук и тела. Те самые, что я сделала после того, как очнулась в его студии утром. Среди этих рисунков черно-белая зернистая фотография. Снято так, что на первый взгляд непонятно что это, но я узнаю родимое пятно на своей шее. Это я. Спящая на его кровати.

Дальше появляется еще больше моих картин, и еще больше фотографий. Вот я сижу у мольберта в своем рабочем комбинезоне у себя дома. Фото снято со стороны балконной двери. Он…Это было в тот день, когда он пришел извиняться. Он снял меня на телефон. Поверить не могу. Губы непроизвольно складываются в улыбку. На следующей фотографии я танцую вместе с девочкой у фонтана. Мои волосы развиваются, а глаза святятся на солнце ярко-голубым. Множество этих снимков перемешаны с моими картинами. Теми, что я написала после той прогулки. Вот Элиот стоит в розовом платье на берегу Сены, а рядом тут же фотография, что я тогда сделала.

Я и понятия не имела, что на каждый его портрет, сделанный мной, у него есть моя фотография, сделанная им. Здесь все маленькие полотна, которые так и не смогла ему показать. А еще фото из Ниццы. Я стою рядом с красивой моделью и улыбаюсь. А на другом снимке смеюсь. Черт возьми, я не…я никогда не думала, что могу выглядеть так. В его объективе я свечусь. Буквально свечусь изнутри.

Я сворачиваю направо и снова неизбежно замираю. Здесь тот самый триптих, что принес мне мировую известность. «Он», «Она» и «Любовь». Всюду слова. И не только цитаты. Я замечаю правила. Те, что мы придумали на моей кухне. Некоторые перечеркнуты.

Никаких личный вопросов.

Честность и открытость.

Выполнять все, что я говорю.

Не отвечать вопросом на вопрос.