Книга Просто дыши, страница 162 – Ана Эм

Она выпрямляется и поворачивается ко мне.

— Понимаю. – просто говорит она, отходя от фотографий. – Я тоже не могла писать, когда у меня была депрессия. То есть, когда ничего не чувствовала.

И вот снова. Она говорит о таких тяжелых вещах с такой легкостью. Словно не о себе, а о чем-то абстрактном.

— Но я не в депрессии. – возражаю, раскладывая лапшу по тарелкам.

Эва молча наблюдает за мной, и я чувствую щекой ее проницательный взгляд. Она молчит, но ее мысли такие громкие. Как ее молчание вообще может быть громче слов?

— Еда на вынос? – вдруг спрашивает она с легкостью.

На моих губах появляется слабая улыбка. Сменила тему. И уже не в первый раз. Не знаю, как, но Эва всегда чувствует какую-то невидимую черту и никогда не пересекает ее. Я рад этому. Рад, потому что понятия не имею, что могу сказать или сделать, если она все же переступит ее. Не хочу узнавать.

— Не было настроения для готовки. – пожимаю плечами и отправляю одну тарелку в микроволновку.

Обернувшись к ней лицом, присаживаюсь на край столешницы и складываю руки на груди. Она кажется уже не такой пьяной, как час назад. Неужели оргазм вытеснил часть алкоголя?

— Что? – склоняет голову набок, заметив мой взгляд.

— Золотой дождь? – играю бровям.

Ее щеки тут же вспыхивают.

— Ой, заткнись.

Мои плечи начинают дрожать от смеха.

— Вряд ли я смогу это расслышать.

— Даже не сомневаюсь в этом. Кстати, а ты не…

— Не смей заканчивать это предложение. – тут же обрываю ее мысль.

Она просто пожимает плечами, поджав губы.

— Ну, все может быть. Что ты имеешь против людей, которым нравится, когда на них писают?

— Против них, ничего. Но лично я предпочитаю, чтобы моя моча оставалась в унитазе.

— Но золотой дождь…

— И моча других людей. – заканчиваю я и достаю тарелку из микроволновки, тут же отправляя туда вторую.

Первую протягиваю Эве.

— Приятно слышать. – тихо смеется она и уходит в гостиную.

— Удивительно, что ты вообще слышала о золотом дожде. – кричу ей в спину.

— Заткнись. – тут же выпаливает она, даже не обернувшись.

Я начинаю смеяться в голос. Боже, ну что за женщина.

— Захвати мне апельсиновый сок. – добавляет она спустя мгновение.

— Я точно проиграл. – бормочу себе под нос. – Чертовски сильно проиграл.

— Что? – спрашивает Эва из гостиной, и я оборачиваюсь к столу, доставая стакан вместе с соком.

— Я влюбился в тебя по уши, Эва Уоллис.

Эва

Мне не разобрать, что он там бормочет, но я не могу перестать улыбаться. Уютно устроившись на полу перед кофейным столиком, я прислоняюсь спиной к дивану. Запах лапши в соусе с кусочками курицы и кунжутом приятно щекочет нос. Свет уличного фонаря заливает всю комнату теплым светом. На стеллаже прямо напротив, у стены, собрались камеры всевозможных возрастов, от самых новеньких до пленочных старичков. У Элиота нет телевизора, но есть стопка книг в углу. Не сказать, что все расставлено в определенном порядке, но и хаосом это место не назовешь. Такой своего рода упорядоченный хаос. Очень на него похоже.

Невольно вспоминаю, как впервые оказалась здесь. Как давно это было? Пару недель назад? Кажется, что прошла целая вечность. Раньше мои дни протекали достаточно быстро, один был сильно похож на другой, но теперь время ощущается как-то иначе. Оно не становится длиннее, нет, но его словно намного больше. Я не помню несколько лет своей жизни, но отчетливо вижу перед собой Элиота Бастьена с яичницей в руках. А потом вспоминаю еще кое-что.