Книга Будешь моей, детка!, страница 97 – Елена Мартин

Сжимаю крепче кулаки.

Удавил бы гадину! У Светланы Владимировны поразительное качество — разрушать всё вокруг.

И как наладить отношения со Смирновой, вообще не могу взять в толк. Не думал, что Кира может быть так категорична, когда вопрос касается отношений. Да, у меня всё сложно в жизни. И да… Я бросил гневный взгляд на Лану. Непредсказуемо…

Через долгих и томительных полчаса подъехала машина и, погрузив Милу на носилках внутрь, направилась в клинику. Я быстро выехал из гаража и нажал пультом автоматические ворота. Нервно выстукиваю пальцами рук по рулю и примечаю в зеркалах заднего вида фигуру Ланы, решительным шагом направляющуюся к моему автомобилю.

— Этого еще не хватало!

Резко постучавшись в окно автомобиля, Лана застыла рядом с серебристым внедорожником.

— Я с тобой, — приподняв подбородок, произносит бывшая жена.

— Ты три года как не со мной, — зло усмехаюсь на панику в её глазах. — Клиника Лесового на улице Вавилова.

— Ты не можешь со мной так поступить! — На глазах Ланы навернулись слезы.

— Лан, не устраивай концерты.

Бывшая быстро перебежала с того места, где стояла и аккурат перед машиной.

— Блять! — Смачно выругался на новую выходку от Ланы.

— Я теряю время! — Взревел и нажал на клаксон.

— Тем более, Влад. Она моя дочь и я люблю её!

— Твои слова не значат ничего! Ты разрушила всё, что у тебя было, сама, своими ручками! Семью, перспективное будущее, даже маленькую дочь умудрилась разрушить до основания. Вот у тебя, конечно, масштабность зашкаливает, — я покачал головой.

Бывшая продолжала стоять перед автомобилем.

— Садись, твою мать! — Зло выплюнул.

Я теряю драгоценное время на разговор. Пустой и никчёмный… С такой же женщиной. Что можно взять с человека, который скуп на чувства? А в голове всё тот же холодный расчёт и ни грамма теплоты…

Неужели я любил это холодное чудовище?

Машину у ворот клиники почти бросил и слышал, как Лана старается поспеть за мной, отстукивая каблуками по бетонным плитам, замощенным на парковке перед клиникой.

— Влад, ну пожалуйста. Не так быстро!

Я усмехнулся и прибавил шаг.

Кабинет Лесового был привычен в нашей жизни с Милой в течение полугода после ухода бывшей. Левый желудочек сердца дочери работал с нарушениями. Но состояние ребенка получилось стабилизировать вот таким чудо докторам, как Павел Александрович.

Кабинет Лесового пустовал, и я тяжело опустился на кушетку перед белоснежной дверью с табличкой:

Детский кардиолог. Лесовой Павел Александрович.

Сцепив руки, уставился в глянцевый серый пол. Лана не спеша подошла ближе и опустилась рядом на кушетку, откинув голову назад.

Запах лекарств… Со временем я стал его ненавидеть. Он въедался в одежду, мою кожу и мне, казалось, я слышу его повсюду. И теперь снова в моей жизни он — терпкий запах недуга.

— Что мы будем делать, Влад? Может быть, попробовать отправить Милу за границу? В Германии очень много клиник и светил в области кардиологии.

— Вы не довезёте её, — прервал тираду Ланы Лесовой.

Я поднялся и пожал протянутую руку доктора.

— Прошу, проходите, — Павел Александрович приоткрыл дверь и пригласил войти внутрь. Белоснежный кабинет казался стерильным и сплошным сиянием белого цвета. Я без приглашения опустился на белоснежный диванчик. Лана последовала моему примеру.