Книга Ты всё равно станешь моей, страница 80 – Злата Соккол

Поверила....

Купилась.

Моргнув, смотрю на Рому.

— Мира... - врывается его голос ко мне в голову. — Если мы сейчас не...

Он что-то говорил всё это время, но я не слышала.

— Всё... Хватит, — обрываю я.

Мои губы пересохли. Так хочется пить, что только дай волю завыть... Понимаю, что надо уходить и побыстрее. Едва не оступаюсь, делая шаг в сторону. Ермолов дёргается, н оя снвоа вскидываю руку, и он остаётся на месте. Понимаю, что если сейчас подойдёт, то поймает и не даст уйти...

— Выслушай меня, — говорит Рома. Его взгляд горит какой-то темной болью, но мне всё равно.

— Не хочу, — роняю я. — И не буду.

В комнату заходит разъеренная Марина, что-то там возмущается по поводу своей машины, на которую пришёл штраф... Машина. Мерседес... Меня обжигает осознание. "Отдал Милошу... Мы так договорились... Я потом тебе расскажу..." "Значит, он всё-таки выиграл...Блин, обидно". Выиграл... Или не выиграл... Неважно. Он играл — вот что имеет значение. Играл на меня. Спорил... А я, дура, поверила, что Ермолов и правда влюбился в меня. А самое худшее другое — я сама в него влюбилась. До одури, до сумасшествия... До острого безумия. Я никогда так не влюблялась. И не влюблюсь никогда больше... Вот только что теперь? Что мне с этим всем делать? Произошло то, чего я боялась — я осталась еле живая с разбитым сердцем. И теперь понимаю: ладно бы он бросил меня, устал, разлюбил... Он изначально лгал мне. Всё это было театром... Рома на секунду оборачивается, отвлекаясь на Марину. Пользуюсь этим, разворачиваюсь и со всех ног вылетаю из библиотеки. Слышу, как окликивает меня Ермолов, слышу, что бежит за мной. Сворачиваю в какой-то коридор, прячусь в какой-то нише за лимонным деревом... Минут через пять нахожу другую лестнице и мчусь по ней вниз. Вылетаю в прихожую, вижу приоткрытую дверь в гардеробную и проскальзываю туда. Тут темно, н оя не включаю свет. Пытаюсь отдышаться и собраться с мыслями, сжимаю в руках мобильный телефон. От слёз экран плывет размытым пятном. Горло то и дело перехватывает от рыданий, с боем рвущимся наружу. До крови кусаю губы и дрожащими пальцами пытаюсь набрать нужный номер, чтобы вызвать такси. Машину обещают на углу улицы через пятнадцать минут. Какое-то время сидя в душной темноте, вытираю слезы и пытаюсь успокоиться. Главное, чтобы меня сейчас никто не нашёл здесь. Побыстрее убраться и всё. Сейчас нельзя думать ни о чем — это только будет тормозить меня. Включаю фонарик на телефоне, нахожу свое пальто, одеваюсь. Натягиваю шапку, шарф... Случайно касаюсь ожерелья у себя на шее. Нутро обжигает яркой болью нутро. Разрезает ядовитым ножом, заставляет всё тело, все внутренности скукожиться в комок. Срываю ожерелье с шеи, бросаю на тумбочку — пусть подарит той, в кого по-настоящему влюбиться. Переобуваюсь и тихонько выхожу в прихожую. Оглядываюсь: вроде, никого. Или....

— Мирослава Валерьевна?

Оборачиваюсь. Ира. Одна из горничных — сама я приветливая из них. Кудрявая с большими голубыми глазами. Растерянно смотрит на меня... Держит пустой поднос в руках — видимо, шла мимо.

— Вас ищет Роман Владимирович...

— Ира, скажи, что я уехала, ладно? Передай Владимиру Сергеевичу и его гостям мою благодарность за прекрасный ужин и теплый прием. И мои искренние извинения — боюсь, что мне нужно срочно уехать...