Книга Ты всё равно станешь моей, страница 47 – Злата Соккол

Его голос наполнен веселостью, но за ней чувствуется что-то еще: напряжение. Понимаю, что он так просто не сдастся. Но... Господи. Мне сейчас совершенно не до светских разговоров и кофе... С ним.

"А если бы это был Рома? — спрашивает у меня тонкий ехидный голосок в голове. — Согласилась бы?"

Устало закрываю глаза. Да, согласилась бы... Ругала бы себя на чём свет стоит, но согласилась бы...

А Милошу должна отказать и поставить в этих всех охаживаниях и флирте точку.

— Милош... Я, правда, очень устала.

— Иначе обижусь, Мира! — Красовский строит обиженную мину, и я чувствую как во мне слабеет сопротивление.

Его настырность даже толком не раздражает. Он не агрессирует, скорее упрямится как ребёнок...

Молчу. Не хочу соглашаться, но и как отказать не знаю. Ситуация решается сама.

— Хорошо, — сдаётся он, но в итоге не отступает, а меняет тактику. — Давай тогда я хотя бы подвезу тебя до дома. Ты ведь все равно букет сама не дотащишь.

Кусаю губы. На миг взгляд уплывает в сторону, к уютным вывескам кофейни, из которой я только что вышла. В мыслях мелькает Рома, его слова и его улыбка... Чувство опустошенности заполняет меня ещё больше... Подавляю вздох и устало веду плечом, понимая, что букет и правда невероятно тяжелый.

— Ну... Хорошо.

Милош радостно улыбается, подскакивает ко мне и принимает букет из моих рук. Он открывает дверь, приглашая сесть в салон. И я сажусь...

Мира

В салоне тепло и пахнет дорогим кожаным салоном и его пряным парфюмом.

Милош плавно закрывает за мной дверь и обходит машину с другой стороны, садится за руль и бросает на меня быстрый взгляд.

— Замёрзла?

— Немного.

Пытаюсь сдержать дрожь, но предательски ёжусь. Милош, конечно, это замечает и совершенно бесцеремонно дотягивается до моей руки. Его ладонь накрывает мою.

Вздрагиваю. Прикосновение обжигает. Если прикосновение Ермолова заставляют сердце трепетать, то Милоша — сжиматься от напряжения.

— Ничего себе — немного, — усмехается Красовский. — Руки как ледышки... Я тебе варежки подарю.

Не резко, но настойчиво вытягиваю руку из его хватки. Укол неприязни заставляет меня нахмуриться. Честно говоря, это вторжение в мое личное пространство с его стороны неимоверно бесит.

— Не стоит. У меня есть...

Его забота кажется такой… неправильной. Она вроде и должна быть такой, но от неё почему-то становится ещё холоднее.

— И всё же...

Но я не дослушиваю. Прилепаю взглядом к машине за углом корпуса. Далековато отсюда... Так и не разглядишь... Но эта машина мне кажется знакомой.

Прищуриваюсь, и сердце начинает стучать быстрее.

"Неужели это Ермолов?.." — шокированно думаю я, но не успеваю и моргнуть.

— Нам пора, а то вторую волну пробок никто не отменял.

С этими словами Милош плавно разворачивает машину и выезжает к шлагбауму на парковке.

Вот чёрт! Оборачиваюсь, но вечерний снегопад смазывает всю видимость — только фары в темноте той машины становятся всё тусклее...

Мы едем по вечернему городу. Милош включает музыку — что-то ненавязчивое из джаза и засыпает меня байками, шутками, новостями... Мешаниной, из которой я ухватываю несколько предложений, пару раз киваю и снова погружаюсь в свои мысли.

— Знаешь, Мира, ты очень красивая девушка, — вдруг говорит Красовский, и я перевожу на него растерянный взгляд.