Книга Ты всё равно станешь моей, страница 44 – Злата Соккол

Здесь есть место для нас — оказывается, Рома забронировал для нас с ним столик, которых здесь по пальцам пересчитать... И вот, мы целый час слушаем презентацию, отдыхаем, обсуждаем, какие сорта кофе точно бы пришлись по вкусу у нас в кофейне.

На выставке мы находимся почти до самого вечера. И когда садимся в машину, понимаю, что почти не чувствую усталости, только живой восторг.

— Ну, как тебе? — усмехается Ермолов, выезжая с парковки.

— Потрясающе! — совершенно искренне радуюсь я. — Спасибо тебе большое за эти билеты, эту поездку, да и вообще...

Рома не отвечает, едва заметно улыбается, кивает. Какая-то тень проходит по его лицу... Он задумывается о чем-то и выглядит при этом почти мрачно.

Хочу спросить, всё ли в порядке, но в этот момент на меня обрушиваются сообщения.

Достаю смартфон и...

Чёрт. Милош.

Мира

Кинув быстрый взгляд на Ермолова, прикусываю губу и поворачиваюсь так, чтобы он не мог увидеть экран...

"Привет, красотка! Занята? Не нашлось у тебя минутки подумать над советом для меня? Завтра у меня встреча со спонсором. Он супер хорошо разбирается в дорогом и статусном кофе, хотелось бы не ошибиться с выбором".

"Если можешь помочь — буду рад! Знай, что тебе я полностью доверяю!"

"И даже если выберем и профэйлим — ничего страшного! Он тот ещё сноб!"

Тяжело вздыхаю. Можно было бы проигнорировать всю эту речь Красовского, но с другой стороны — Милош не сделал мне ничего плохого и, в конце коцнов, сейчас просто спрашивает моего совета. Чувствую, что не ответить ему будет просто невежливо.

Сворачиваю мессенджер и открываю электронный каталог одного из лучших кофейных бутиков. Прикидываю, что можно было бы посоветовать из непроигрышных вариантов...

Так-так-так...

Пальцы летают по экрану. Сорта, обжарка, дата упаковки... С учетом всех нюансов вкуса даже прикидываю варианты подходящих премиальных упаковок. Всё это оформляю в довольно длинный пост и скидываю Милошу.

— С кем это ты так сосредоточенно? — голос Ромы звучит спокойно, но я всё равно вздрагиваю, будто это гром посреди ясного неба.

Чёрт, я уже даже забыла, где я и с кем... А мы ведь уже как раз вот-вот свернём во двор моего дома.

Бросаю взгляд в сторону Ермолова. Он едва ли поворачивает ко мне голову, но всё же я успеваю поймать его острый взгляд, брошенный на мой телефон.

— Да так… — Нервный смешок срывается с моих губ. — Ни с кем...

Ермолов поворачивается ко мне, и в этот момент на экране всплывает ответное сообщение от Милоша:

"Спасибо огромное, Мира..." И следом — сплошные сердечки.

Резко нажимаю на кнопку блокировки, но уже поздно. Ермолов явно увидел именно ЭТО.

— Что это за "никто" такой, который тебя сердечками осыпает? — ровно усмехается Рома, но я замечаю, как его пальцы чуть сильнее сжимают руль.

Ощущение острого напряжения заполняет салон. Взгляд Ермолова мрачнеет, и мне становится не по себе.

— Зачем тебе это знать? — снова отвечаю я, злясь, что Ермолов снова лезет не в своё дело.

— Может, я ревную.

Меня прошибает ледяным холодом, направленным прицельно в грудь — будто ледяную глыбу запустили.

Сжимаю дрожащие пальцы в кулаки, но спрашиваю удивительно ровно.

— С чего бы?

— С того самого, Одинцова, — едва заметно улыбаясь, говорит Рома и вдруг бросает на меня пронзающий до донышка души взгляд. — Я уже говорил тебе — может, ты мне нравишься.