Книга Развод. Точка невозврата, страница 6 – Виктория Лукьянова

Муж уезжает в компанию к десяти. На прощание он говорит, что приедет в ресторан, а это значит, что мне придется добираться до места самостоятельно. Ну и ладно, так даже лучше.

Я выдыхаю и занимаюсь мелкими домашними делами. У нас есть домработница, которая приходит к десяти. Она поглощена уборкой и готовкой, и мне бы подойти к ней и сказать, чтобы ужин не готовила, но я не могу. Смотрю на женщину и мысленно ругаю себя за то, что злюсь на нее. Хотя она ни в чем не виновата. Ольга Владимировна работает на Мишу больше шести лет, и да, она еще застала ту пору, когда Миша и Людмила были женаты и жили вместе. И все же эта женщина ни разу не посмела осудить меня за то, что я вышла замуж за Мишу. Но отчего-то именно сегодня смотрю на домработницу, а в голове роится ворох мыслей о том, как она шарит по моим вещам, подслушивает мои разговоры, собирает по крупицам мало-мальскую информацию и все это на блюдечке относит к Людмиле, чтобы за чашечкой чая перемыть мне кости.

Провожу ладонью по лицу.

Я на взводе. Накручиваю себя.

Нужно выпустить пар.

Переодеваюсь, хватаю сумку и отправляюсь в спортзал. В фитнес-центр, в который я хожу уже чуть дольше года, добираюсь за десять минут. В предвкушении, как проведу пару часов с тренером, выпуская пар, я вхожу в здание. Стеклянные двери приветливо распахиваются. Прохладный воздух помещения холодит горящие щеки.

Я все еще злюсь. Не знаю, на кого больше. То ли на себя за то, что накрутила нервы до предела, то ли на весь мир, который изначально был против нашего союза.

— И что он сказал? — чей-то громкий голос вырывает меня из раздумий, когда я приближаюсь к стеклянному лифту.

— Ха-ха, так я тебе всё и рассказала, — звучит звонкий голосок, от которого у меня по коже бегут мурашки.

Я резко оборачиваюсь и вижу, как к лестнице направляются три девушки. Одну из них узнаю еще раньше, чем вижу. На двух других не обращаю внимания.

Майя Заречная.

Дочь моего мужа.

Что она, черт побери, здесь делает?!

Присматриваюсь к девушке. На ней надет легкий спортивный костюмчик, через плечо перекинута светло-синяя сумка, в кармашке — бутылка с водой.

Майя высокая, стройная девушка. Ей исполнилось двадцать лет в прошлую среду. Миша не был на ее дне рождении. Насколько мне известно, Майя отмечала праздник с подружками. И вот она, та, кто громче всех кричал, что я развела ее родителей, находится буквально в пятнадцати метрах от меня.

Резко отворачиваюсь, тяжело дышу.

Что она, черт побери, здесь забыла?

— Может, после зала сходим в кафе?

— Можно. А потом мне надо съездить в ателье забрать платье для выходных, — отвечает Майя, и у меня под ложечкой сосет. Я вспоминаю часть сообщения, которое успела вчера прочитать.

«В выходные все в силе. Ждем тебя...»

В силе? Что это значит?

Миша встретится с дочерью? Но почему он не предупредил тогда меня? Разве я не имею права знать о его планах?

Злость с новой силой захлестывает меня, и, развернувшись на пятках, я спешно покидаю фитнес-центр.

Не хочу находиться в одном месте рядом с той, кто меня открыто презирает и называет шлюхой.

Я не переношу Майю так же сильно, как она ненавидит меня.

Нервно сминаю салфетку, брошенную на колени, и поглядываю на соседние столики. Кажется, я единственная о ком сегодня забыли. Ладошки ледяные, на висках выступает испарина. И вот так я должна провести сегодняшний вечер?