Книга Верь только мне, страница 135 – Тори Мэй

— Бро, ты живой! — в палату врывается Макс.

Страшно рад видеть Макса, но ГДЕ. МОЯ. ВИОЛЕТТА?

Хочется как в фильмах сорвать с себя все провода и шланги, соскочить с постели и эпично идти по коридорам как супер-герой в больничной сорочке вместо костюма.

Но в реальности мне еле удается пошевелить одной рукой. Вторая, оказывается перемотана. Ноги норм, только все жутко затекло.

— Нас с девчонками возили на допрос. И, короче, сидим мы, и тут в участок буквально нахрапом влетают мужики в костюмах. Это твоего бати люди, прикинь! Сказали, что показания мы только в их присутствия давать будем, — он оборачивается на дверь и затихает. — Нас, короче, допросили. Видео взяли как вещдок. Аня про прошлогодний случай рассказала. И после этого нас сразу отпустили. Альберт Карлович постарался. А вот друга твоего ненаглядного — не отпустили.

Макс тараторит без умолку, видимо, за эту неделю он переобщался с Новик. У той тоже рот-пулемет.

— Тебя, короче, показали по всем вообще новостям, я даже на китайском ролик видел, прикинь, — он машет руками. — Там еще съёмка такая с дрона, тачка горит, тебя на каталке в скорую забирают, очень эпично!

Фак, тачка! За бэху обидно даже больше, чем за осколки в жопе.

Макс продолжает трындеть на эмоциях, а потом резко замолкает и смотрит на меня серьезно: —Если честно, думал, бро, что ты в машине был. Рыдал, как девка, пока нас в участок везли…. Даже в универе слышно было этот взры. Ты везучий сукин сын! — он запинается, — То есть не сукин. Я не это хотел сказать!

— Норм, — пытаюсь улыбнуться.

— Тебе нельзя разговаривать много, мне сказали.

— Сееркалоо, — шиплю, как змей.

— Что?

— Серкало! — повторяю настойчивее.

— Аааа, зеркало! Это ты не по адресу, но могу сказать одно: выглядишь ты прям хреново, — он оглядывается по сторонам. — О!

Длинный придурок встает и снимает со стены зеркало в полный рост. Затем поворачивает его горизонтально и тащит ко кушетке.

— Любуйся, красавчик!

Видок, конечно, так себе, но мне не к разбитой физиономии не привыкать: стесанный подбородок и щека, под глазами залегли глубокие желто-фиолетовые синяки.

Один глаз заплыл кровью, но не страшно. А вот брови и ресницы, да, подпалил, торчат клоками. Каким-то чудом я не лысый, это радует.

Блять, это, получается, парик меня спас?

Начинаю сдавленно беззвучно ржать над этим фактом, но от боли сразу бросаю эту затею. Видела бы меня сейчас Виолетта.

Хотя, наверное, видела.

— Виолетта? — спрашиваю у Макса.

— С ней все нормально, — говорит, возвращая зеркало на место, — Только головой ударилась, но не как ты, конечно. Только она в шоке, кажется. Рыдает.

Бедная моя девочка, стресс за стрессом. Вот тебе и приличное место работы.

— Летта Санна все дни здесь была, с тобой. Наверное, скоро приедет. Ее тоже забирали в участок, узнавали насчет поджога, машины, и в каких она отношениях с Романом и с тобой. Хорошо, батяня твой насчет адвокатов подсуетился сразу, разрулил и с Виолеттой, и со мной, и с девчонками. Так что, нас обещали больше не таскать, по крайней мере, пока судебный процесс не начнется. Мне кажется, Ромчик уже вряд ли испугом отделается, посадят его.

— Не вряд ли, а точно, — послышался голос отца. — Если бы не такая огласка, вообще бы по-тихому все решили за пару дней. Однако, формальности нужно соблюдать. Ты бы, Максимиллиан, прогулялся. И ты, Миля, тоже, — он взглядом остановил снова рвущуюся в палату тётю.