Книга Академия подонков, страница 59 – Тори Мэй

— Так что ты здесь забыл? — Пчела толкает мне воинственно, а у самой зрачки неумолимо расширяются.

Все это гребанное время её магнитное поле накатывало на оголенные витки моих нервов, и теперь я собираюсь взять свое.

— Не хочу уезжать без поцелуя, жужелица, — мои руки сами сгребают Полину, и я прижимаюсь к ней губами.

Тяну ее в себя ладонью за затылок, вжимаясь до хруста собственного черепа, и замыкаю эту гребаную цепь, позволяя току течь по венам.

Столкновение, замершее касание ее прохладных губ, а затем ее надсадный выдох, и я слетаю с катушек.

Хватаю ее лицо второй лапой, поудобнее наклоняю голову и расталкиваю ее полные губки своим языком, проникая в сладкий рот.

Врываюсь отчаянно, жаждая припасть единственному, способному утолить мою жажду, оазису.

Ловлю и ласкаю ее несмелый язык своим, исследую острые зубки и нежное нёбо, полностью заполняя ее рот собой.

Хочу вылизать его полностью, упиться ее губительным ядом.

Не даю Полине шевелиться, не даю дышать, боюсь, что придет в себя, боюсь, что отстранится.

Но вместо этого ощущаю, что Пчёлка не сопротивляется, а только шире раскрывает ротик, позволяя орудовать в ней так, как хочется мне.

Бля, пиздец. Чувственная девочка.

Руки Полины ложатся мне на затылок, и она начинает едва уловимо ласкать меня в ответ.

Робкая и охуенная, только для меня!

Мгновенно хмелею. Восторг и возбуждение стекают в трусы вместе с влупившим ливнем.

Захлебываюсь происходящим и понимаю, что не отпущу ее. Скручу и увезу в багажнике в лес, чтобы сожрать.

— Идем со мной, — горячо шепчу ей в лицо.

— Меня уволят, — Полина поднимает пушистые ресницы, под которыми прячутся совершенно пьяные глаза.

Ее унесло так же, как и меня, и похрен на холодные капли, — от нас обоих валит пар.

— Тебя могу уволить только я, я объяснюсь с Тёмой, — увлекаю ее за собой в припаркованную неподалеку от кафе тачку.

Действую быстро, пока моя горячая карамель с перцем не одумалась.

— Дами… — встревоженно лепечет Полина, когда я распахиваю для нее дверь.

Я знаю, что ей страшно.

— Залетай, совсем промокла уже, — нажимаю на плечо, заставляя сесть в машину.

Так быстро за руль я еще не прыгал. Влетаю в салон, блокирую двери и снова впиваюсь в припухшие губы Полины, переваливаясь через коробку передач.

Она вжимается в сиденье, стиснув в руках дверную ручку и перестает дышать.

— Тш-ш-ш, Пчёлка, здесь все тонированное, — беру ее за подбородок, и покрываю нетерпеливыми поцелуями ее губы, мокрые щеки, перегородку носа, надбровную косточку.

Насильно держу и зацеловываю, не пропуская ни единого миллиметра красивого лица.

Тяну ее на себя, заставляя податься навстречу. Провожу носом по волосам, втягивая ее запах, и опускаюсь к шее, прокладывая дорожку вниз по трепещущей коже ровно до ворота университетского свитшота.

Торможу себя, потому что моя рука, уже легла на ее талию и собирается миновать препятствия в виде ее одежды, чтобы скользнуть к груди.

Не здесь.

Бью по кнопке зажигания, врубаю печку, щелкаю поворотник и даю по газам, врываясь в медленно сгущающиеся сумерки вперемешку с дождем.

— Куда мы? — диковатый звереныш подает голос.

— Просто дай руку, — забираю ее ладонь и кладу себе на бедро. Хочу чувствовать ее тепло, а она пусть привыкает к близости моего члена.