Книга Академия подонков, страница 54 – Тори Мэй

— А тебя как зовут? — спрашивает Фил, слегка склонив голову набок.

— Даша.

— Встретимся после занятий, Даша, — он не отпускает рукопожатия, которое слегка затянулось.

— Пожалуй, откажусь, сегодня мне нужно…

— Разве это было похоже на вопрос? — Фил приподнимает одну бровь. — Ты придешь.

— С чего это вдруг? — дрожит, но сопротивляется Даша. — И не подумаю.

— А стоило бы. Думать — привычка полезная, — он разворачивается и кидает ей через плечо: —Здесь же, на колоннаде, в семь вечера.

— Дам тебе первый и единственный совет: советую его не злить, Да-ша, — подливаю масла в огонь, и двигаю за Филом.

— Это она вместо Линки… — сжимает челюсти Филипп, чью утреннюю адекватность смыло появлением этой серости. — Это значит…

Это значит, что на поисках его подружайки поставили крест, и дали отмашку закрыть вакантное место кем-то другим.

— И я дам дам тебе совет, Бушар, — запоздало доносится мне в спину, наверное, Даша с духом собиралась. — Извинись перед Полиной, если не хочешь потерять ее навсегда.

— Чего, бля? — мне в позвоночник будто кол вбивают.

Но ссыкло уже сверкает пятками по направлению к главному входу.

— Развелось тут! — говорю себе под нос.

Нет, я как бы ничего не имею против разных сословий, пускай себе существуют, но подальше от Альдемара, в который мы вливаем хорошие бабки.

Пусть кто-то назовет это снобизмом, но, если подумать, стали бы вы всерьез общаться с бомжом? Думаю, что нет.

Помогли бы ему, подкинув пару купюр, — да. Возможно, здоровались бы.

Смотрели бы сочувственно, рассуждая внутри себя о том, куда может завести жизнь. Но приятельских отношений бы не сложилось.

Это не потому, что один хороший, а другой плохой. Просто у вас разная жизнь. Выборы, привычки, цели.

Именно по этой причине дети из богатых семей редко общаются с народом попроще, — ценности разные.

Пока мы отцам бизнесами рулить помогаем, занимаемся большим спортом и большими вопросами, они в приличном обществе и двух слов связать не могут.

Из интересов: добыть пропитание, закрепиться в компании поприличней, как Илона в нашей, и понравиться учителям, чтобы грант не отобрали из-за плохих рейтингов.

Мы диктуем правила, они по ним живут.

Мы непонятны друг другу. Ни взгляды, ни юмор, ни переживания. Они попросту раз-ны-е.

Ну не стать таким вот грантницам вроде этой Даши, Ренаты или Марка сильным мира сего.

У них база не та, в этом с пеленок надо вариться. Они напрасно расходуют драгоценные ресурсы и свое время.

Им больше подойдет спокойное существование банковским клерком, воспитателем или продавцом.

Не за чем им лезть в предпринимательство и политику. Им достаточно будет смотреть на наши решения по телевизору, закусывая их чипсами.

Баженова — да. Баженова — другое. Она тоже с золотой ложкой во рту родилась и с детства в правильном обществе обитала.

Просто, ей не повезло. И я смогу ей помочь.

Хочет она этого, блядь, или нет.

Кофейная церемония превращается в отстой: Филипп снова уходит в себя, а на смене сейчас Тёма, а не Пчела. Придется тащиться на пары, чтобы выловить ее за жало.

— Не так быстро, Бушар, — выход из кафе мне преграждает тренер.

Да бля….

— Доброго утречка, Игорь Викторович!

— И тебе не хворать, проёбщик. Сегодня я подаю тебя на отчисление, балласт мне не всрался, — без реверансов выдает он.